Про звонок я не забывал, время от времени всплывало это в памяти, но чем дальше, тем легче мне было отмахиваться, слишком увлёкся игрой. К тому же те тоже не сразу заметку выложили, на второй день, я ждал, ну и они подождут. Это не месть, я действительно не мог уйти из зала ДК-а пока не закончится игра. И у меня есть увлечения, которые могут полностью занять мысли. Все мы люди.

В этот раз у таксофона был всего один человек в очереди, ха, очередь из одного человека, и один в будке. Мне пришлось минут двадцать простоять, пока эти двое наговорятся, за это время в очередь ещё трое встало, так что пройдя в будку телефона-автомата, я бросил монетку и сообщил дежурному телефонисту, впервые слышал, чтобы телефонистами мужчины были, обычно это чисто женская работа, ну кроме военной связи, вызвать такой-то номер.

– Соединяю, - услышал я, а потом после нескольких щелчков переключения, установилась связь.

– Слушаю, - услышал я прелестный женский голосок, правда немного усталый.

– Доброй ночи. Я по поводу объявления в газете. Кажется, я нашёл вашего щенка.

– Извините юноша, но нам его уже вернули. Спасибо что позвонили.

– Щенок был не один. Рядом лежали альбом и тетрадь.

– Одну минуту. Ожидайте.

После недолгих переключений и пощёлкиваний, а я на часы посматривал, вроде скорость обнаружения места телефона сейчас выясняется быстро. Было дело, у нас в военном городке дивизии, где я до перевода на должность командира полка прослужил начальником оперативного штаба дивизии, завёлся телефонный хулиган. Звонил разным людям, в основном ночами, пугал. Особисты его по телефону и вычислили, успели до того как тот трубку сбросил. Пары минуты им хватило. Так вот, ожидая соединения я и поглядывал на часы. Если поговорить не удастся, бросаю трубку и бегу. Если что, золото припрятано, как покинуть Союз, найду возможность. Хотя может и тут поживу, до девяностых. Я же не знаю, что там дальше было после моего ареста, нужно посмотреть ни в чего не вмешиваясь, до чего дойдёт страна ко времени моей бывшей смерти. Может с развалом Союза и в Америке побываю? Да нет, не может, точно побываю. Поищу способы их уничтожения. Они нас вирусами, а мы их ядерными бомбами. Или нужно найти другие возможности. Это если этот эпизод не сработает в работе совместно с целым государством. Всякие всё же случайности бывают. Хотя думаю история тут пойдёт по иному пути. Всё же тетрадь передал, а там многие ключевые монеты истории указаны. Могут они и по-другому пойти теперь. Не знаю, посомтрим. Да нет, точно пойдут, как к власть приближённые разберутся что в тетради правда, когда описанное начнёт сбываться.

Тут после очередного шуршания, послышался трудно узнаваемый из-за не очень хорошей связи голос генерала Власика. Интересно сколько народу нас слушает, что своими подключениями создали столько помех?

– Мун?
– уточнил он.

Это имя я ему не говорил, можно было узнать только из тетради где была дана короткая биография Муна. Значит или перечитал тетрадь, или ему сообщили мои новые данные полученные вместе с телом. Правильный ход, сразу развеивает все сомнения. Теперь нужно лишь доказать, что всё написанное и нарисованное не плод моего больного воображения, а реальность, какой-бы она страшной не была. Уж я постараюсь это сделать и всё донести до руководства.

– Он самый, - почти сразу ответил я.

– Полное имя, - потребовал тот.

– Пак Мун Хо.

– Хорошо. Руководство приглашает тебя на встречу. Кстати, почему так поздно позвонил? Тираж вышел ещё утром.

– Вы вчера тоже не особо торопились, - проворчал я, и к своему удивлению получил исчерпывающий ответ.

– Вчера не успели, тираж ещё ночью был распечатан и готовился к доставке на почты и в пункты продажи. Никак не успеть было.

– Хм. У меня тоже была очень уважительная причина. Пока в очереди у таксофона стоял, большая очередь была, выходные всё же, увидел на афише объявление турнира по шашкам, всерайонные, городские получается. А я фанат шашек, у нас в дивизии комдив любитель был, ну и все стали игроками. Я в пятёрку лучших входил. Решил, что время есть, поиграю. Только что закончился турнир, я сразу вспомнил о звонке и побежал к телефону. Вот, позвонил.

– Выиграл?

– Продул. Там дама была, Алевтиной Анатольевной зовут, настоящий мастер, я даже не поддавался, хотя и подумывал, всё же слабый пол. Честно выиграла.

– Место какое занял?

– Второе всего лишь, утешительный приз в виде билета на балет. Я не любитель, подарил Алевтине Анатольевне.

– Поздравляю, второе место тоже неплохо. Ты сейчас где? Сам желает тебя видеть, и чем скорее, тем лучше.

– Я так понимаю с вещами нужно собираться?

– Конечно. Сам же написал, чем хочешь лично заняться. Одно фехтование чего стоит.

– Значит, читали, - сделал я вывод.
– Ладно, записывайте адрес, жду…

Продиктовав адрес и узнав, что тот сам за мной приедет, я метнулся из будки к проезжей части, в будку уже стучали другие нетерпеливые желающие позвонить, и поднял руку, тормозя машину, которая к счастью остановилась, хотя таксомотором и не являлась. Сговорившись подвести, поехал обратно к дому. Водитель высадил у входа в арку, так что я побежал ко входу в подъезд. Забежав наверх, торопливо прошёл к себе в комнату и осмотрев вещи, уже всё было собранно, направился к соседке. Постучав, сказал выглянувшей соседке:

– Марья Павловна, меня сейчас заберут и я буду жить за казённый счёт, служба, сами понимаете. Деньги мне уже не нужны, а вам пригодятся, у вас семья. Я сам фронтовик и считаю, что помощь семье фронтовика это долг любого мужчины. Держите, тут почти двадцать тысяч рублей. Мне без нужды они.

К чести той, та поначалу отказывалась, удивившись моему возрасту и тому что я называю себя фронтовиком, а потом видимо решив, что я сын полка, были и такие, деньги всё же взяла. Это ей посоветовал один из соседей, тоже кстати, фронтовик, рабочий одного из заводов, что с интересом наблюдал из очереди в туалет за нашим разговором. Остальные, впрочем, тоже.

– На сберкнижку положите, и берите сколько нужно, - посоветовал я той.
– Резерв всегда необходим и пригодится.

Та поблагодарила со слезами на глазах, надо было всё же к ней в комнату зайти, столько свидетелей нашего разговора, а сам возвращаясь было к себе, повернулся к очереди, что шушукаясь обсуждала увиденное.

– Дядь Жор, сейчас люди в форме прибудут. Скажите в какой я комнате проживаю, хорошо?

– Ты что натворил?
– нахмурился тот.

– Пока ничего, я всего лишь важный свидетель.