Шрифт:
Но не могла сказать этого про Алви.
«Люди Жестре напали на него? Ранили ножом меж ребер? Он погиб в том отвратительном баре?».
Нет! Нельзя так думать. Алви справится. Он был трезвым, мог выбраться из хаоса, что создал. Если он не найдет ее вскоре, она вернется как — нибудь за ним.
Сирена спустилась к ступеням и встала с болью. Она шипела сквозь зубы, слезы лились быстрее, ее грязные пальцы нащупали факел и вытащили его из петли. Она осторожно опустилась на камень ступеньки, высоко подняв факел, отодвигая правую руку, чтобы увидеть рану на боку.
Она едва дышала от количества крови, пропитавшей ее платье, и отвела взгляд, чтобы ее не стошнило в туннеле. Она пару секунд глубоко дышала, подняла край платья и нашла рану с дюйм шириной, где край меча мужчины задел ее бок. Кровь еще сочилась из пореза, и Сирена снова надавила. Кровь не останавливалась. Ей нужна была помощь медика… или Мэлии. Она вернула факел в петлю и села, прикрыв рану.
От судорожного вдоха Сирены волоски на ее шее встали дыбом. Она сглотнула, насторожившись. У нее было то же ощущение, что и раньше, в переулке, а потом и в баре. Она думала, что дело в окружении, но в туннеле она была в безопасности.
Атмосфера в туннеле изменилась, рассеялась и вернулась. Она стала живой, окружила ее ноги, стала плотнее. Желудок Сирены сжался, мурашки побежали по рукам. Она поднялась на ноги, разум был медленным и сонным. Воздух давил на нее, словно хотел прогнать напряжение из ее тела. Она прикусила губу, озираясь на тени, зная, что это делал кто — то еще… управлял воздухом, говорил ей, что делать.
Она знала, что так уже было раньше — странное ощущение на похоронах Зориана, на рынке Лэлиш, в толпе, когда они только прибыли в Альбион, в баре, когда она выиграла, и когда началась драка.
Кто — то был здесь.
35
Кто — то
Сирена сглотнула.
— Ау? Кто тут?
«Не пытайся бороться со мной».
Волна ударила по ее разуму, и она скривилась.
— Что ты делаешь? — закричала она.
«Ты сдашься».
— Вряд ли, — рявкнула она.
Сирена зажмурилась и попыталась сосредоточиться на том, чтобы избавиться от боли. Она не могла справиться и со жжением в боку, и с тем, что лезло в ее голову. Не зная, что делает, она надавила на шепот в голове. Она тыкала его, словно это был живой организм в ее голове. Она нашла край, представила кирпичную стену между этим и ее разумом, а потом обрушила стену изо всех сил. Она толкала так, пока что — то не щелкнуло. Стена рушилась вокруг нее, как лед, и она услышала тихий звук, похожий на вскрик.
«Я что — то сделала? Это сработало?» — она не понимала, как такое вообще было возможно, но у нее не было сил думать об этом. Она просто давила разумом и отбивалась изо всех сил… ведь она инстинктивно догадывалась, каким будет результат при поражении.
Она услышала смех в голове. Та штука все еще была там.
«Я стар и силен. Ты проиграешь, девчонка, и я буду радоваться твоему поражению».
Она хмыкнула. Существо думало, что запугает ее. Она даже не знала, что это было, но не собиралась позволять ему захватить ее. Она отбивалась, впивалась в слова, что всплывали в ее голове. Она не проиграет!
Она покачала головой и закричала:
«Нет», — в голове. Та штука не получит ее разум.
«Слабачка, ты думаешь, что одолеешь меня?».
Ее рот раскрылся от ярости в голосе, который ощущался как бритва. Никто не должен говорить в ее голове. Шок стал брешью для него, и оно обрушилось с силой, ударяя хлыстом и разрезая ее жалкую защиту.
«Твои силы выросли за то время, что я следовал за тобой. Но и это можно потушить как огонь свечи».
Она не понимала. Сила? Какая сила?
Голос снова рассмеялся в ее голове.
«Твое нежелание поверить в это веселит. Да, у тебя есть силы, но никто с силами не выживет, пока есть я. Веришь ты во все это или нет, я все равно тебя убью».
— Убьешь? — закричала она.
«Ты изображаешь удивление, но все давно к этому шло».
— Не понимаю.
Голова ужасно болела от усилий удержать существо. Она хотела, чтобы оно ушло. Она не хотела, чтобы оно устраивало лагерь в месте, которому не принадлежало.
«Меня послали следить за тобой с тех пор, как ты своей силой призвала ливень. Это привело к смертям других с похожими силами, пока я искал тебя. Ты точно должна была заметить».
Холодок пробежал по ее спине от мягкости в этом голосе — лезвии.
«Я призвала дождь? Как это понимать? На моем Представлении? Потому все с тех пор вырвалось из — под контроля? Все… смерти…»
В ее голове мелькали картинки со дня ее Представления — смерти Зориана и Леслин, убийства Паллии и Грабеля, капитана Ладора и бедной Карры, искавшей ее. Все они были связаны с ней. Существо, что охотилось на нее, нагнало ее.