Джеймсон: Эти подушки выполнили свою работу. Подожди. Почему я проснулась? Почему ты не спишь?

Оз: Я стою на беговой дорожке рядом с кампусом, переписываясь с тобой.

Джеймсон: Солнце еще не взошло...

Оз: Уже проступает рассвет. Я должен держать себя в форме. В пять я должен быть в спортзале.

Джеймсон: Когда твоя следующая бойцовская встреча? Матч? Драка? Битва?.. ПОЧЕМУ ТЫ РАЗБУДИЛ МЕНЯ?

Oз: LOL, это называется матч, и это в четверг, поэтому мы уезжаем поздно вечером в среду.

Джеймсон: *вздыхаю* где?

Оз: штат Пенсильвания, университет «Пенн».

Джеймсон: Вау! Я имею в виду, я действительно устала, поэтому все, что я могу сказать, это ВАУ, но… ВАУ.

Oз: LOL. Ты будешь сегодня в библиотеке?

Джеймсон : *зеваю* кто интересуется?

Oз: Я.

Джеймсон: Ну, тогда…

Оз: Да? Я напишу тебе после урока сегодня вечером, да?

Джеймсон: Конечно, но только потому, что ты поймал меня в момент слабости. Я бы сказала «да» на что угодно прямо сейчас, чтобы остаться одной.

Оз: НА ВСЕ?

Джеймсон: Мечтай больше, приятель. На все, кроме ЭТОГО.

Оз: Однажды ты передумаешь, Джеймсон Кларк.

Джеймсон: Я снова иду спать.

Глава 20.

«Когда я спросил ее, насколько она гибкая,

она сказала, что однажды потянула спину,

вставляя тампон».

Себастьян.

—Значит, ты уезжаешь завтра вечером? — спрашивает Джеймс, постукивая по клавиатуре, ее гибкие пальцы быстро порхают над маленькими черными буквами.

Я поднимаю глаза от учебника этики, раскрытого передо мной.

—Да. Мы должны быть в автобусе в девять. Это хреново. Мы потеряем час, учитывая разницу во времени.

В комнате тихо, когда мы оба возвращаемся к нашей домашней работе. Но потом…

—Ты когда-нибудь нервничаешь?

Перестаю читать, и обдумываю ее вопрос. Я когда-нибудь нервничаю? Черт, да. На самом деле все время — выброс адреналина перед матчем в сочетании со всем, что я получаю от моих побед, неоднократно вызывало у меня тошноту.

Но никто никогда не спрашивал меня, поэтому я обдумываю, как мне лучше ответить. В итоге просто отвечаю: —Да.

— Когда?

Я снова делаю паузу.

—Когда мои соперники в той же весовой категории, но больше. Мощнее. Или меньше. Или наступает на меня с чувством обиды, которые я вижу, как он падает на пол.

И теперь, когда меня прорвало, я рассеянно смотрю на картину, висящую в дальнем конце комнаты.

—Некоторые парни так отчаянно хотят победить, что это легко увидеть в их глазах. Честолюбивые во всем, теряющие все с каждым проигрышем.

Вроде меня.

Недосказанность висит между нами.

— Какой у тебя рекорд?

—В этом сезоне? Мы только начали, но уже восемь побед.

Беспроигрышное, крутое начало.

Впечатленные, красивые голубые глаза Джеймсон расширяются, как гребаные блюдца, и небольшой вздох покидает ее губы.

— Себастьян, это потрясающе.

Себастьян.

Мое имя звучит как похвала из ее уст.

Я устраиваюсь на стуле прямее, немного более самоуверенно, чем десять секунд назад. Я имею в виду, не то, чтобы люди не рассказывали мне на регулярной основе, какой я чертовски удивительный, но комплимент от Джеймсон Кларк словно достижение в жизни.

Она не раздает комплиментов на постоянной основе.

Она не терпит дураков, и ее нелегко впечатлить.

—Это действительно потрясающе.— Я выставляю грудь вперед и распрямляю плечи.— Ты должна увидеть меня в действии.