— Я не борюсь с ней. Думаю, это она борется со мной.

На этот раз она улыбнулась.

— Магия в теле человека. Конечно, она борется.

— Потому что Иезекииль был злом.

— Он не был злом. — Она достала стетоскоп из кармана и накинула на шею. — Он умирал. Умирал из-за магии.

Такая судьба ждала всех Восприимчивых, которые не научились контролировать магию. И это было одно из самых важных различий, которое должен был осознать Лиам.

— В этом не было вины магии, — сказала она. — Или его. Я не оправдываю того, что он сделал. Он был несчастным недалеким дураком. Но что, если бы у него были правильные инструменты? — Она пожала плечами. — Может быть, история была бы иной.

Она сделала еще один шаг к Лиаму.

— У тебя есть инструменты. У тебя есть знания и люди. Пока ты будешь находиться подальше отсюда, все с тобой будет в порядке.

«Кажется, когда-то она сказала мне примерно то же самое».

— Делаю все, что в моих силах, — произнес Лиам.

— Хорошо. Каждый из нас делает то, что может, — Лиззи задумчиво посмотрела на меня. — И говоря о том, что в наших силах, что ты принесла для меня сегодня?

Я открыла сумку и передала ей продукты. Она сложила их в помятый пластиковый пакет, который вытащила из кармана.

— Замечательно, — сказала она, держа в руках квадратную бутылку с перекисью водорода. — Удивительно хорошо помогает при ранах от холодного железа.

Паранормальные не исцеляются от ран, нанесенных оружием из холодного железа. Именно поэтому оно оказалось столь эффективным и изменило ход войны.

— Я совершила глупость, не попробовав ее раньше, я считала, что она подходит для лечения людей, но не Пара. Ее даже не существует в Запределье.

Кто-то поскребся в двери со стороны клиники, из-за чего мы с Лиамом резко развернулись, готовясь к драке. «Агент Сдерживающих или Дух, сбежавший из своей комнаты?»

— Не беспокойтесь, — произнесла Лиззи. — Просто посетитель. — Она положила бутылку в сумку к другим продуктам, затем двинулась обратно к двери. — Кое-кто хочет тебя видеть.

Лиззи открыла дверь и сделала шаг в сторону.

— Заходи, — сказала она.

Там у двери в ожидании сидел Фостер Арсено, золотистый лабрадор Элеоноры и очень хороший друг Лиама.

Лиам что-то тихо пробормотал, что-то на каджунском, и опустился на одно колено. Фостер бросился к нему, виляя хвостом, словно торнадо.

— Ох, приятель, — проговорил Лиам, прижимаясь лицом к собачьей шее. — Прости меня.

Мне пришлось закинуть голову к потолку с флуоресцентными лампами и заставить себя дышать, чтобы не дать пролиться слезам. Когда Фостер заскулил, словно бы жалуясь, я засмеялась и дала волю слезам, вытирая их с лица.

— Думаю, он зол на тебя, — с ухмылкой сказала Лиззи.

— Он должен быть зол на меня, — произнес Лиам, почесывая Фостера под подбородком, отчего он ритмично постукивал об пол задней лапой. — Его я тоже оставил.

— Это да, — согласилась она. — Гэвин отвел его к Пайку, а Пайк привел его ко мне сразу после битвы. Он хотел воспользоваться шансом выбраться наружу и беспокоился о том, как Фостер это воспримет. Я сказала, что найду ему семью, пока тебя не будет, разрешив остаться в клинике на пару дней. Я надеялась, что это может принести пользу пациентам.

— Принесло?

— Принесло, — ответила она, поглаживая Фостера по голове. Высунув язык, он растянулся на полу и получал удовольствие, купаясь во внимании. — И теперь не представляю, как я смогу без него. Пара его любят. И, похоже, он успокаивающе влияет на Духов.

Я подняла голову.

— Правда?

Она кивнула.

— Терапия животными не исцеляет, но помогает. Я не уверена, за счет чего, но мне на самом деле это и не важно. Все, что делает их жизнь проще и не причиняет вреда другим, для меня хорошо. — Она посмотрела на меня. — Лучше собака, чем постоянный прием седативных.

Я кивнула. Этот выбор мне был понятен.

— Как дела у Пайка? — спросил Лиам, поглаживая бок Фостера. — Клэр сказала, что его поймали.

Она улыбнулась.

— У Пайка? Дела у него отлично. Живет в твоем доме.

Лиам открыл рот, но решил поступить мудро и закрыл его.

— Думаю, я ему обязан.

— Еще как обязан, — Лиззи вздохнула, потом посмотрела на Фостера. — Готов вернуться к работе?

Он протяжно гавкнул, что прозвучало словно песня, поднялся на ноги и направился к двери.

— Если бы весь наш персонал был таким эффективным, — сказала она с улыбкой. Затем посмотрела на Лиама. — Рада тебя снова видеть. Но ты совершили чудовищную ошибку, сбежав.