Она кивнула мне и одарила Лиама недоверчивым взглядом. Мне пришлось проявить себя, чтобы она смогла доверять мне, по крайней мере насколько она вообще была готова доверять. Но Лиам был в самоволке в течение долгого времени, и, если судить по выражению ее лица, она не была в восторге от того, что он ушел.

Она прошла вперед, но, поскольку на ней были резиновые башмаки на толстой подошве, ее шагов почти не было слышно.

— Извините за задержку. Небольшая проблема, но уже все в порядке. — Она посмотрела на Лиама. — Я слышала, ты вернулся.

— Это так.

— Все Сдерживающие только о тебе и гудят, — она бросила взгляд на меня. — И о тебе тоже. Слышала, вы устроили довольно впечатляющее шоу сегодня утром.

— Мы проверяли дом Бруссарда. Они нас застукали.

— И вы спасались бегством, — она наклонила голову, рассматривая синяк Лиама на скуле. — Болит?

— Приятного мало.

— Готова поспорить, что так и есть.

— Ты слышала что-нибудь о Бруссарде? — спросила я. — О том, почему его убили, или кто его убил?

Она покачала головой.

— Ведется много дискуссий на эту тему, убил его Лиам или нет. Многие жалуются на Бруссарда. Но это всего лишь разговоры. Кто-то говорит, что это один из членов Ревейона, которых не поймали, может это кто-то из завидующих позиции Бруссарда Сдерживающих, но ничего конкретного. Никаких имен.

Я кивнула.

— Ты слышала о Пара и Вашери?

Лиззи кивнула.

— До меня доходили слухи. Здесь я ничего подобного не наблюдала. Только обычные жалобы.

— Есть какие-нибудь идеи на этот счет?

— Основываясь на том, что я знаю, похоже на какую-то инфекцию. Очень серьезную, может быть, влияющую на кровь или кости. Системную инфекцию, с которой им трудно справиться.

— Такое обычно заканчивается фатально? — спросила я.

— Конечно, такое может случиться без правильного ухода. Среди прочего лихорадки очень опасны и могут вызвать большие неприятности. И по мне красные пятна на теле ни что иное как петехии [35] .

— Повтори это слово, — попросил Лиам.

— Петехии, — повторила Лиззи. — Красные пятна. Они могут быть вызваны внутренним кровотечением, что прорывается на поверхность через кожу. Может указывать на сепсис — когда инфекция распространяется по всему телу, а иммунный ответ делает ситуацию только хуже.

— То есть ты предполагаешь, что это все же инфекция?

— Судя по тому, что слышала, — ответила Лиззи. — Я нахожусь от них очень далеко, пациентов не видела и основываюсь на сообщениях от неспециалистов и одного человека по вызову, который был в Вашери.

— По вызову? — спросила я.

— Врач по вызову, — ответила Лиззи с улыбкой. — Доктора-волонтеры, которые перемещаются по Зоне. Они спасают жизни, но как личности очень необычны.

«Каждый день узнаю что-то новое».

— Мой персонал оповещен о симптомах. Если мы увидим что-нибудь подобное, то дадим вам знать. — Черты ее лица смягчились. — Передай Малахи, что мне жаль.

— Передам.

Лиззи перевела взгляд на Лиама и смотрела на него какое-то время.

— Ты ушел из-за магии?

— Ага, — ответил он немного погодя. — Да, из-за нее.

Она кивнула, снова осмотрев его.

— Я ее вижу.

Это заставило меня почувствовать себя глупой. Я думала, что она пялится на него из-за того, что ей обидно и она злится, и пытается понять, как сильно она на него обижена и зла.

— Как Элеонора? — спросила я.

— Не совсем. Обычно у меня так не получается, — ответила она и, нахмурившись, посмотрела на меня. — Твою я не вижу. Но вокруг Лиама видна аура. Дымка.

— Эта магия когда-то принадлежала Иезекиилю.

— А он был Восприимчивым.

Лиам кивнул.

Лиззи подалась вперед, и прищурившись оглядела его.

— Восприимчивый плюс человек не должны равняться Восприимчивому, не так ли? Если в твоей ДНК нет еще чего-то. В конце концов, Элеонора была поражена оружием. А это не совсем обычный способ получения магии.

— Я бы вернул ее обратно, если бы мог.

— Я это вижу. Я вижу, что ты борешься с ней.

Кажется, его это удивило.