— Так, стоп-стоп-стоп! — останавливаю ее, — Это конечно чудесная мелодия — для игры в камере пожизненного заключения… но никак не для отбора невест!

— Я ей тоже все время говорю: надо что-нибудь попроще. Такое, чтоб всем понравилось, — кивает Арба, поглядывая на бубен.

Ага… а кто-то тоже не прочь взять в руки инструмент!

— Умеешь пользоваться? — протягиваю, аки змий искуситель.

— Только когда ритм простой, — пожав плечом, отвечает Арба.

А Гиги вновь затягивает свою заунывную мелодию.

— Да хватит уже, мы поняли, что она тебе нравится! — не выдерживает брюнетка.

Взгляд, которым ее одарила тихоня, способен был прокалывать тело насмерть. Наверно. Если бы Гиги владела магией. А так Арба, конечно, выжила.

Но все равно смотрелось это жутко.

— Просто она ее очень долго разучивала, — поясняет мне Арба, покачивая головой, — почти три месяца сидела, мозоли на пальцах набивала.

Тааак… этак дело с мертвой точки не сдвинется. Нашей команде нужно яркое выступление, а не музыка на похоронах…

Прохожу в центр зала, оглядываюсь, нахожу что-то вроде «там-там» барабана. Не уверена, что подойдет, но попробовать можно…

— Говоришь, можешь управиться с бубном, если песня не сложная? — спрашиваю у Арбы, примеряясь к там-таму.

Нет, звук не тот. Проверяю бубен — а вот тот звучит, как надо! Звонко и громко.

— Ну, да. Я много времени среди простого люда проводила, а там развлечений побольше, чем у нашей сестры… — хмыкает Арба.

Откладываю бубен, иду к нашей мисс «Я играю только то, что хочу!».

— Дай-ка мне ненадолго, — протягиваю руку к домре, но Гиги тут же начинает на меня не то шипеть, не то шикать, крепко прижимая инструмент к себе, — да не бойся ты, я верну, — с улыбкой смотрю на тихоню, которая сейчас больше всего напоминала Голлума из известного фильма про хоббита.

Но по лицу Гиги было понятно — не даст. Ее. Ее сокровище.

Оглядываю зал еще раз. Я и на этом подобии нашей земной домры не сразу бы сориентировалась, а вот остальные инструменты здесь для меня вообще загадка. О гитаре и мечтать не стоит — такого тут просто нет. Зато вон та странная и явно струнная штуковина очень напоминает извращенное подобие басухи… Блин, если я найду здесь хоть что-то с таким же звучанием, то радости моей не будет конца! Подхожу к инструменту, пытаюсь взять его в руки, вопросительно смотрю на Арбу, не понимая, как это должно располагаться для игры на нем.

— Поставь одним концом на пол, — советует Арба, — на галдане уже давно никто не играет — звук слишком резкий.

Эта «галдана» у них, кажется, что-то вроде виолончели?.. Ставлю инструмент, как сказано, дергаю струну, извлекая звук… и расплываюсь в коварной улыбке.

Арба хмурится, а Гиги еще крепче прижимает к себе домру.

— Друзья мои, — объявляю им, — кажется, я уже вижу наш номер…

Итак! Король в курсе, что за мной ухлестывают и граф Дроттер, и Анвар, и Дарзан — в моменты своего просветления… Но при этом его блондинистая светлость даже не думает что-то делать по этому поводу. Что ж, у меня есть для вас подходящая песенка, Ваше Величество… Так сказать, со смыслом не всем понятным.

И во всей этой радости есть только одно «но».

— Скажи-ка мне, Арба, — протягиваю, прищурив глаза, — если в романах описываются властные горцы, это значит, что данный народ действительно проживает где-то на территории Сарамнии? Или по крайней мере — проживал?

— Ну, естественно. Они до сих пор живут в горах. Дикий народ, — покачав головой, презрительно отзывается Арба.

— Ага… и связи с этим диким народом, конечно же, не налажены? — предполагаю я.

— С ними можно связаться только одним способом — пойти на них войной, — отрезает брюнетка, Гиги кивает.

— Отлично… прям то, что нужно, — скалюсь, уже предвидя реакцию его величества… — Как у тебя с подбором аккордов, Гиги?

Русоволосая тихоня вопросительно смотрит на меня, а потом неожиданно фыркает и задирает нос. Ну, надо же!

— Видимо, с этим проблем не возникнет, — растягиваю губы в еще более плотоядной улыбке, — Арба! А как у тебя с пением, игрой на бубне с бубенчиками и развеселыми танцами — одновременно?

Арба фыркает еще громче, чем Гиги.

— Развеселые танцы? Это ты обратилась по адресу, — отвечает она, затем взгляд ее становится заинтересованным, — Но что ты задумала?..

— То, что я задумала, очень отличается от того, что обычно исполняют на конкурсе талантов. Но если это кому и по силам, то только команде «Грозовое небо», — с предвкушением отзываюсь.

У девушек загораются глаза, а я с изумлением осознаю, что мне дико нравится все, что здесь происходит!

Весь день мы репетировали. Несколько раз пришлось ходить за едой, но рассиживаться в обеденном зале мы просто не могли себе позволить, поэтому отсылали одну из троицы по очереди — добывать нам пищу. И поскольку я с утра осталась без завтрака, то первой вызвалась сама, решив, что дождаться, когда кто-то из пары спустится, потом наберет, потом донесет… короче — не смогу я! Есть хочу! Сильно!