— Еду и бутерброды мы покупаем в продуктовых магазинах.

Ястреб кивнул.

— А это что за странный стук?

— Сантехника, — устало объяснила я. — За стеной проходит основной циркуляционный насос жилого блока. У меня дополнительная арендная скидка из-за этого шума.

Ястреб снова повернулся к стене с картинками.

— Хочешь начать Игру на Ганимеде, Джекс?

— Да, только теперь это невозможно.

— Почему?

— Мой отец был гражданином Ганимеда и обещал своё покровительство, но теперь он умер и…

Меня снова накрыло эмоциями. Я замолчала и вытерла слёзы.

— Смерти в Авалоне всколыхнули бурю переживаний у игроков, — стал утешать меня Ястреб. — Уверен, в память о твоём отце Ганимед предложит гражданство его дочери.

Я знала, что Ганимед будет готов предложить мне гражданство в память об отце, пока Приёмная комиссия не заглянет в мою Игровую запись и не обнаружит, что Едзакон допрашивал меня из-за взрыва. После этого они не позволят мне даже краем глаза взглянуть на пески своих пляжей. Ястреб явно этого не понимал, а я была не в том состоянии, чтобы пускаться в объяснения.

Наконец Ястреб повернулся к двери.

— Спасибо, что показала мне комнату, Джекс. Теперь я понял, как сильно подростки сосредоточены на будущем в Игре, и как же их взбесила необходимость ждать свою мечту ещё год. Пойдём теперь к Натану?

Натан и Ястреб вышли. Судя по словам Ястреба, мне следовало пойти с ними, но я колебалась. Мой телефон всё ещё лежал на кровати, на экране мерцало сообщение. Если мы вернёмся в телохранилище, и багги засечёт телефон, я потеряю работу. Но вдруг это послание от мамы по поводу смерти отца?

Я не могла уйти от этого мерцания. Если Ястреб вернёт нас в телохранилище, просто выброшу телефон и потом куплю новый в вендинге. Я схватила трубку, сунула в карман комбинезона и отправилась за спутниками.

Я надеялась прочесть сообщение по дороге, но мне не повезло. Комната Натана оказалась в этом же кластере жилых блоков, так что капсула едва ускорилась и тут же затормозила.

По пути домой лицо Натана стало напряжённым и смущённым. Интересно, это тоже из-за разбросанной одежды, или у него там жуткий беспорядок? Вряд ли он был из тех ребят, что вешают на стенки фото полуголых женщин.

Натан открыл дверь, мы вошли, и я потрясённо заморгала. Его комната была больше моей и находилась в блоке класса С. Внутри стояла аккуратно заправленная кровать, вдоль одной стены тянулись полки с болезненной тщательностью разложенными одеждой и вещами. А вот остальные три стены меня ошеломили. Каждый их дюйм был покрыт кусочками бумаги с нарисованными от руки изображениями игроков или созданий из Игры.

Я подошла поближе и увидела, что там были и заметки. Кое-что я понимала, например, комментарии по превращению в водные формы, но куча аббревиатур и технических терминов оставались загадкой. Я пришла в восторг от того, сколько времени Натан, должно быть, потратил на эту работу, а потом вспомнила, что багги сканировали нас на наличие запрещенных электронных устройств, таких как телефоны, но игнорировали простую бумагу и карандаши.

— Вижу, ты хочешь стать Игротехником, — произнёс Ястреб, — и это ещё одна причина твоего отказа от программы развития карьеры? Никаких обязательств, чтобы сразу податься на Игротехника?

— Ага, — ответил Натан, готовый защищаться от злобных насмешек над своими амбициями. — Я знаю, что после подачи заявки кандидатам приходится ждать проверки и решения десятилетиями и столетиями, пока их наконец примут в Игротехники. И что девять из десяти кандидатов отсеивают, тоже знаю. Но я мечтаю участвовать в создании нового мира, так что...

Он замолчал, очевидно перебарывая эмоции, и заговорил снова, уже спокойнее.

— По официальной политике Игры, всё, что касается создания миров или существ, держится в строгой тайне, чтобы игроки заранее не узнали, что их ждёт. Поэтому на дизайнерских курсах учат только основам, и я пытался сам понять, что к чему.

— Я вижу. — Ястреб смотрел на потолок.

Я тоже взглянула вверх и с изумлением увидела, что и потолок увешан листочками. Теперь понятно, почему Натан никогда не жаловался на скуку работы в телохранилище. И откуда он столько знал о различных игровых мирах. И зачем ему было начинать Игру в новом мире со всеми последними наработками ландшафта и созданий. Все странности Натана теперь нашли объяснение.