Перед Восточной армией ставилась задача в первую очередь проложить железную дорогу от поста Корсакова до пролива Невельского. То есть, практически через весь остров, вводя его в товарный оборот в будущем. Вторая очередь работ требовала сооружения железной дороги от западного берега пролива Невельского до Николаевска, что стоял в устье Амура. А третья — тянуть «железку» до Хабаровска вдоль правого берега Амура.

Через пролив же Император надеялся перебросить мост. Да, протяженность водной преграды довольно существенная — почти восемь километров. Однако глубины небольшие. Что позволяет большую часть моста заменить дамбой, которую в довольно сжатые сроки отсыплют драги. Заодно и фарватер углубят. Небольшой ширины. Всего метров двести.

Сам же мост предлагалось отдать на откуп американским специалистам, что трудились на постройке знаменитого Бруклинского моста. Благо, что пролет предполагался вдвое меньше, а опоры нужно было устанавливать не в жиже с помощью кессонов, а обычными лопатами в грунтовом массиве мощной насыпи. Благо, что для пары мощных драг возведение такой не составляло никакого труда уже за два-три года летних работ. В остальном же мост должен получится такой же, только короче, выше и с увеличением запаса прочности с шести до десяти раз. Да, довольно дорогое удовольствие [1] . Особенно если рельсы также заказывать в США. Но получение незамерзающего порта на Дальнем Востоке того стоило…

1889 год, 26 июня. Санкт-Петербург

Заварив кашу с новым уголовным законодательством и строительными армиями, и сдав черновики уложения и проектов на проработку подчиненным, Император занялся другим направлением. Но близким и не менее важным. Наконец в столицу начали подъезжать приглашенные им разного рода персоны, в которых он очень остро нуждался. И с ними можно было обсудить давно наболевшие вопросы.

Так, например, 26 июня утром он встретился с Джоном Мозесом Браунингом. Тем самым мормоном, который подарил миру столько всяких интересных конструкций оружия…

— Понимаете, Джон, мне ужасно понравились ваши магазинные карабины. Да, у них есть определенные проблемы, но, несмотря на все это — они дешевы. Новая магазинная винтовка братьев Маузеров, например, стоит наполовину дороже, чем ваша, привезенная из-за океана. Про французскую школу с их любовью к обширными фрезеровальным работам и речи нет. Это прекрасная рекомендация.

— Я рад это слышать, Ваше Императорское Величество, — осторожно произнес Браунинг. — Но вы бы не стали меня приглашать просто для того, чтобы похвалить?

— Как знать, — улыбнувшись, ответил Николай Александрович. — Но вы правы. Я хотел бы заказать вам доработку карабина с последующим большим заказом.

— Вы не будете проводить конкурс?

— А какой в этом смысл? Я уверен — вы справитесь. А если нет, то я буду вынужден обратиться к другому опытному конструктору. В любом случае, я хочу попробовать.

— Я весь во внимании.

— Новый карабин должен соответствовать трем основным тезисам. Во-первых, иметь возможность быстрой и простой неполной разборки — сборки в полевых условиях. Без инструментов. Чтобы его можно было легко чистить. Во-вторых, в изготовлении карабина нужно свести как можно больше деталей к горячей и холодной штамповке с последующей доводкой напильником по лекалу. А там, где надо, то и сварке.

— Сварке? Вы думаете это имеет смысл?

— Почему нет? Во всяком случае — нужно попробовать. Ну и, в третьем, карабин должен иметь отъемный срединный магазин на десять патронов, уложенных в шахматном порядке. Что-нибудь современное и не очень мощное. Например, какую-нибудь вариацию в духе 6х50 — 6,5х54. Только гильза без ранта, а пуля остроконечная. И, если честно, я подумываю о том, чтобы сделать основной пулей штамповку из самой поганой стали в оболочке. Это серьезно снизит стоимость выстрела.

— Да, но действенность пули окажется не такой большой.

— Согласен. Поэтому можно будет выпускать и другие патроны. Но главная задача, которую я вижу, заключается в создании максимально дешевого оружия. Этакой «рабочей лошадки», которую можно было бы активно экспортировать всюду. Поэтому и остановился на вашем карабине. Если довести его конструкцию и запустить в производство большой серией, то это позволит продавать его с такими низкими отпускными ценами, что никто из конкурентов не сможет с ним сравнится. Боеприпасы должны быть под стать. Да, можно будет отдельно выпускать и пули со свинцовым сердечником. Но, главное, чтобы основной вал ходовых боеприпасов был дешев… очень дешев. И их можно было бы сделать много.

— Все быстро упрется в латунную гильзу, — чуть подумав, произнес Джон. — Она и так составляет львиную долю цены выстрела.

— Так и есть. Поэтому я хотел бы и гильзы изготавливать из стали. Штамповкой. С последующим покрытием их лаком.

— Но это невозможно!

— То, что так никто не делает — не говорит о невозможности. Я проконсультировался у ученых, и они подтвердили принципиальную возможность столь глубокой стальной штамповки. Но только из мягкой, низкоуглеродистой стали с очень низким содержанием фосфора и серы.