— Светлана Семеновна старалась уберечь всех от плохой славы. Сам знаешь, то ли он украл, то ли у него украли…

Во взгляде директрисы была искренняя благодарность.

— Спасибо, Ирина Петровна.

— Пока — не за что. Дайте-ка я на замок посмотрю, — вздохнула Ирина. — Люсь, у тебя лупа была?

Не то, чтобы она была специалистом и экспертом. Но…

— Вот, держи.

Люся, честно говоря, была немного подслеповата. Очки она носить не собиралась — внешность портят. Линзы ее тоже не устраивали — она считала, что любые линзы приводят к раннему образованию морщин. И боролась со своим недостатком народными методами. Взять с собой лупу, к примеру. Для самого мелкого шрифта.

Ирина взяла лупу, открыла и опустилась на колени перед замком. Хорошо, джинсы надела.

Посмотрела через увеличительное стекло. Внимательно, серьезно…

А вот кажется ей, что дверь открывали родным ключом?

Вроде бы ни царапин, ни чего-то такого… с другой стороны, сейчас отмычки хорошие, да и замок тут старый… Ирина попробовала встать, но нога в сапожке на каблучке неловко подвернулась.

Пальцы коснулись металла замочной скважины.

— Ох!

Видение возникло, словно удар грома.

Молодая черноволосая женщина, лет тридцати на вид, наклоняется над замком.

В руке у нее блестит связка ключей, в другой руке зажат кошелек. Кожаный, черный. На лице злорадная улыбка.

— Посмотрю я, как ты ЭТО замнешь, старая гадина!

И видение исчезает, словно его и не было.

Ирина без сил опустилась на пол.

Машу вать! И что это было?!

— Ириш, все в порядке?

— Да, просто нога подвернулась, — отозвалась Ирина. — Замок не вскрывали. Открыли родным ключом.

Светлана Семеновна погрустнела.

Ну да. Если использован родной ключ, то воровка или вор — местный, воспитали, называется, внутри коллектива. Порадовали.

Удастся ли с такими радостями усидеть на своем месте?

— У кого из сотрудников есть ключи от этой комнаты?

Светлана Семеновна замялась.

— Да, вы понимаете…

Ирина не понимала. Сначала. Потом выяснилось, что ключи благополучно висят на вахте, в стеклянном шкафчике, и доступ в него вполне свободный. Не для всех, но для своих-то…

Читай, кто захочет, тот себе хоть десять дубликатов сделает.

Замечательно!

Вызывать всех по очереди и расспрашивать?

Ирина подумала и об этом. Но лучше…

— Может, вы нас проведете по кабинетам, и мы потихоньку расспросим сотрудников? У кого есть ключи, у кого нет…

Светлана Семеновна кивнула.

— Да, пожалуйста.

— Кто здесь ближе всего?

— Кадровик…

Ирина еще раз осмотрела дверь.

Перевела взгляд на пол.

И ее передернуло.

Лежал на полу длинный черный волос. Ну, лежал и лежал, многие дамы посыпают своими локонами все вокруг. С нашей-то экологией иногда на ходу лысеешь.

Но чтобы так совпало?

И видение, и этот волос?

Хотя он мог здесь и неделю валяться… или не мог?

— А часто здесь полы моют?

— Каждый вечер. А что?

— Скажите, а есть у вас сотрудница с такими длинными черными волосами? — поинтересовалась Ирина, проигнорировав чужой вопрос..

— Да. Ниночка, очень милая девочка… а…

— Ага. А где она сейчас?

— У себя, наверное. Она у нас бухгалтер…

— Любит считать чужие деньги? — ухмыльнулась Люся.

Ирина пожала плечами.

— Посмотреть надо. Давайте с нее и начнем опрос с ключами? Проводите, Светлана Семеновна?

Светлана Семеновна посмотрела глазами раненой в попу выпи, но направилась вперед по коридору. Идти пришлось недалеко, всего три кабинета.

Вот и надпись черным по белому.

"Бухгалтерия".

Дверь кабинета открывается, и на Ирину чуть ли не глаза в глаза смотрит та самая брюнетка из видения.

Один в один, даже одета она так же, в светло-желтый брючный костюмчик.

На миг голова начинает кружиться, и больше всего Ирине хочется прислониться к косяку. Закрыть глаза и немного передохнуть. Но вместо этого…

— А вот и ваша воришка, Светлана Семеновна.

— Та-ак…

Взгляд Михаила не предвещал ничего хорошего. А засучивание рукавов и подавно не радовало.

— Да вы что!!! — истерически взвизгнула Ирина.

— Мы-то ничего, — Ирина говорила тихо и даже чуть устало. — Лохмы свои собирать надо, когда воровать идешь, а не посыпать ими место преступления.