— Великолепно! Восстанавливаю места поклонения, агитирую верующих, — парень определенно не ожидал этого вопроса. — А что?

— То есть твой бог тебя любит? Ну, по-своему, по-божественному? — продолжал настаивать я.

— Думаю, что да. По крайней мере, должен быть доволен, — хвастливо ответил паладин.

Я скептически фыркнул, но он лишь усмехнулся:

— Да и куда он денется, имея единственного на всю планету паладина? Так в чем дело-то? И при чем тут Локлис?

— В общем, надо забраться в одно интересное место, — начал объяснять я. — Ты нужен потому, что тебя любит твой бог. И еще — ты умеешь определять, врет ли твой собеседник или нет. Распознавать ложь тут и без тебя могут, но два детектора лжи — лучше, чем один. Ну, и оглобля твоя, которую ты мечом называешь, тоже может пригодиться. Придется идти через территорию, пораженную Хаосом, а там все может быть… Интересно?

— А откуда ты про мои способности знаешь? — удивился Кир. — У паладинов они весьма разными бывают. Стандарты не предусмотрены.

— Одна птичка на хвосте принесла, — хохотнул я.

Кир — не Игорь, которому врать просто незачем. Есть что-то в паладине, напрягающее меня. Какая-то недоговоренность. Поэтому не стану я ему сообщать, что во время последней встречи в его мозгах изрядно покопались. А ложь он не различит, шутка — не ложь. Мало ли кого птичкой назовут? Меня бабушка в детстве, например, «воробушком» дразнила.

Кир, видимо, что-то почувствовал, но в этот момент у меня из-за шкирки высунулась голова Убуш-ага. Дед зыркнул на паладина и спрятался обратно.

— Это, что ли? — поинтересовался Кир.

— Ну, не совсем, но той же породы! — кивнул я.

В принципе, не ложь. Асаль-тэ-Баукир — тоже дух.

— В общем, готов ты приключаться или нет? — закончил я, чтобы уйти от скользкой темы.

— У твоей птички проблемы, — заявил паладин вместо ответа.

— Какие? — ситуация мне не нравилась, хотя пусть Кир поболтает, может, сам себя уговорит.

— Не знаю. Может, со зрением, может, с нюхом, а возможно и блохи в перьях завелись, — многозначительно ответил паладин.

Ну что ж, важничай, а я подыграю, притворяться дураком — нехитрая наука:

— При чём тут блохи?

— Кусаются, — расплылся в самодовольной улыбке Кир. — От этого под перьями зудит, что в свою очередь, мешает отличить паладина от мага. Допустим мечом, который ты почему-то именуешь оглоблей, я могу хоть полдня почти как шпагой махать, так как это мой личный талант, а с остальным, в том числе и детектором лжи, всё не так просто. На это нужны божественные силы, причём не любые, а получаемые от одного конкретного бога. Вы, как я понял, не в мой теперешний мир собираетесь?

Ага! Значит, на Оси миров способности у Кира снижаются.

— Что, совсем ничего? — решил уточнить я.

— Ну почему же совсем?

Есть такие люди, которые не выносят признаваться в слабости. Вроде бы нет ничего зазорного в том, что клирик, потеряв связь со своим божеством, теряет часть возможностей. Против законов физики не попрешь. Но Киру эта ситуация явно не по нутру. Поэтому он стал пространно объяснять:

— Кое-что имеется. Бог ведь — не постоянно действующая линия электропередач, поэтому часть силы накапливается в теле паладина. Кроме того, есть амулетик, собирающий силу вообще любых богов и превращающий в нужную мне.

И все же паладинская правдивость не давала ему хвастать напропалую, и он добавил:

— Только первого не так много, а количественные возможности второго в деле пока не проверены.

— Должно хватить, — постарался я успокоить Кира. — Главное, чтобы твой бог был к тебе благосклонен.

— Вот мы и вернулись к главному вопросу, — паладин поднял палец, указывая куда-то вверх, в туманный полог. — На что должно хватить?

— Значит, тут такое дело, — повторил я. — Мы собираемся в поход к одному месту. Не желаешь присоединиться?

— И цель, разумеется, спасение Вселенной?

Так. Кир решил поерничать…

Что ж, вполне объяснимо, пафос божественных разборок земляне, как правило, не очень жалуют.

— Можно сказать и так, — я пожал плечами.

— Вообще-то у меня имеется своя, довольно простая задача, — пространно начал паладин. — Закрыть врата Хаоса в том мире, куда попал. Или даже не так. Помочь одной хорошей девушке, взвалившей эту миссию на свои хрупкие эльфийские уши, в смысле, плечи. Она, кстати, прекрасно понимает, что шансов выжить практически никаких, но всё равно идёт. Своей целью я вижу вовсе не приказ Арагорна сделать так, чтобы дошла, а собственное обещание сделать всё от меня зависящее, чтобы потом вернулась.

— Достойная задача, — вставил Игорь.

— А до веера миров и вселенной в целом, мне, в общем-то, никакого дела нет, — закончил Кир.

Он выдержал паузу и решил уточнить:

— Возможно, не совсем точно выразился. По моему глубокому убеждению, если в каждом мире найдётся такая девушка или кто-то ещё, на чью долу выпадет спасение родного дома, острова, континента, планету… то вселенную в целом спасать не понадобится.

— Так, значит, с нами идти не хочешь, — осторожно спросил я.