Когда Делия объясняла ей правила, Силана осторожно спросила:

— А разве кто-то из нас не может взять ключ, пока гладиаторы в лабиринте? — она чувствовала себя очень неловко, задавая вопрос. Глупо, и, конечно, она чего-то не понимала. Ведь не могло же все быть так просто.

Делия рассмеялась, заливисто и очень искренне:

— Милая, в одном вам не откажешь. У вас отличное чувство юмора.

— Простите.

— О, не извиняйтесь. Вы как ребенок, который заляпал пол, но при этом совершенно очаровательно смотрит и надеется избежать наказания. У вас есть дети? У меня нет и никогда не будет.

— Мне жаль.

— Не стоит. Никогда не любила детей. Думаю, я была бы ужасной матерью.

Делия указала на возвышения для хозяев:

— Туда гладиатор относит вас на руках. Потому что там вы и я стоим босиком. Надеюсь, вы остригли ногти. Иначе может получиться неловко.

Делия сказала это чтобы поиздеваться, но Силана в тот момент действительно почувствовала невероятный стыд — за мозоли, за то, как нелепо она, наверное, смотрелась в этом красивом богатом Зале.

Сама не зная почему, она обернулась на Рейза.

Он смотрел прямо перед собой и казался на своем месте — и для нее, которая всегда и везде чувствовала себя капельку чужой — это было настоящим чудом.

— Знаете, — обратилась к ней Делия. — Вам стоит так и поступить. У вашего мальчика никаких шансов, зачем давать ему в чем-то участвовать. Заберите ключ лично — публике это понравится. Они любят, когда нарушают неписанные правила. И к тому же подол вашего платья будет отлично смотреться красным. Я, правда, не уверена, что вам засчитают победу, но… почему бы нет?

— Я доверяю господину Рейзу, — твердо сказала Силана, и только потом сообразила, что снова назвала его господином. — И верю в его победу.

Делия сделала вид, что не обратила внимания, или же ей действительно было все равно.

— Вы говорите так сейчас, но когда поражение действительно покажется на горизонте, интересно, не поменяете ли вы мнение? Сможете ли принять проигрыш и наказание за действия другого человека? Кстати, а вы слышали, что старые правила Парной Лиги никто не отменял? Победитель все еще может сделать с женщиной проигравшего все, что захочет. Сейчас просто принято брать деньги. Но, и это довольно забавно, сегодня многое идет не так как принято.

— Я знаю, что вы хотите сделать, — тихо сказала ей Силана.

— Правда?

— Вы хотите напугать меня. Спровоцировать на ошибку. Я могу определить.

— Где же вы этому научились, мне интересно.

— Я не боюсь именно поэтому, — попробовала объяснить она, и слова снова казались неловкими и неуклюжими. — Вы хотите вызвать страх, и я об этом знаю. И не могу позволить себе пугаться. Поэтому вместо того, чтобы пугать меня, вы меня успокаиваете. Простите, если объяснила слишком путанно.

— Не извиняйтесь. Я вас не слушала. Мне неинтересно. Что мне за дело, боитесь вы или нет? Вы проиграете. И, может быть, если мой Коэн захочет поразвлечься, вместо денег мы возьмем что-нибудь еще.

— Мы не можем проиграть, — тихо сказала ей Силана. — Не этот поединок.

— О, в этом вы не одиноки. Я встречала не меньше десятка тех, кто не мог проиграть. И уничтожила их всех.

***

На Арену Зала Шипов тоже вело два выхода — каждая пара появлялась отдельно. До начала боя распорядитель снова объяснил Силане правила, и она искренне старалась сделать вид, что слушала очень внимательно, хотя внутри сердце билось быстро и сильно. И было страшно понимать, как много всего зависело от исхода поединка.

Все происходило слишком быстро, как в настоящем бою.

Аплодисменты зрителей напоминали звон оружия.

Голос Мастера Арены разнесся над трибунами — торжественно и громко: объявил поединок, рассказал правила.

Мастер вызвал Делию первой, и шум трибун взметнулся вверх, разбился о купол — приветственные крики и аплодисменты.

Силана знала, что когда они с Рейзом выйдут на Арену, будет тихо.

И многие будут разочарованы увидеть новую, никому неизвестную пару.

— Эй, — тихо окликнул ее Рейз, и то, что она его услышала, было небольшим чудом.

— Господин Рейз? — так же тихо отозвалась она.

Он поморщился:

— Зови просто Рейзом. Твоя Мелеза права. Иначе это слишком многих бесит.

— Хорошо, — согласилась она, хотя была уверена, что ему это не нравилось — когда она звала его просто по имени.

Он помолчал, посмотрел ей в глаза и пообещал:

— Я тебя не подведу.

Он потянулся к ее плечу и остановился в последний момент. Поморщился и убрал руку:

— Просто выполни, что обещала. А я сделаю все остальное.