Сделав на перекрестке разворот, я поехал обратно в Лос-Анджелес, поднялся в контору взглянуть, нет ли почты, и запереть в обшарпанный зеленый сейф весь, кроме одного снимка, улов из фотостудии Бэй-Сити. Сев за стол, я стал изучать этот снимок через лупу. Детали с помощью этого оптического прибора были ясно различимы. На столе перед сидящим с Мэвис Уэлд смуглым, худощавым непримечательным мужчиной лежал вечерний выпуск газеты «Ньюс-Кроникл». Я кое-как разобрал заголовок: «Боксер полутяжелого веса умер от полученных на ринге травм». В утреннем выпуске такого заголовка быть не могло. Я подтянул к себе телефон. И, едва коснулся трубки, раздался звонок.

– Марлоу? Это Кристи френч, из управления. Что нового?

– Если ваш телетайп работает, ничего. Видел сегодняшнюю газету «Бэй-Сити ньюс».

– Да, она у нас есть, – небрежно проронил Френч. – Можно подумать, действовал один и тот же человек, верно? Пешни с одинаковыми инициалами, одинаково подпилены, одинаковый метод убийства, одно следует за другим.

Надеюсь, это не означает, что шайка Веселого Моу Стейна вновь принялась за дело.

– Если и принялась, то изменила свои методы, – сказал я. – Вчера вечером я читал о них. Стейновские ребята искалывали свою жертву. На одном трупе оказывалось больше ста ран.

– Может, поумнели, – сказал Кристи френч как-то уклончиво, словно не хотел говорить на эту тему. – Я звоню тебе по поводу Флэка. Ты больше его не видел?

– Нет.

– Он исчез. Не вышел на работу. Из отеля позвонили домовладелице.

Вечером он собрал вещи и съехал. Место назначения неизвестно.

– Я не видел его, и он не звонил мне, – сказал я.

– Тебя не удивило, что у нашего покойника оказалось при себе всего четырнадцать долларов?

– Слегка удивило. Вчера вы сами дали этому объяснение.

– Это первое, что пришло мне в голову. Теперь я так не думаю. Флэк или струхнул, или разжился деньгами. Может, он видел что-то такое, о чем умолчал, и получил деньги, а может, обокрал клиента, оставив для виду четырнадцать долларов.

– Готов принять любую версию, – сказал я. – Или обе вместе. Тот, кто так тщательно обыскивал номер, искал не деньги.

– Почему?

– Потому что когда этот доктор Хэмблтон звонил мне, я предложил ему воспользоваться сейфом отеля. Он пропустил это мимо ушей.

– Такой тип не стал бы нанимать тебя для хранения денег. Да и не только денег. Ему была нужна охрана или пособник, или, может, просто посыльный.

– Ну, не знаю, – сказал я. – Все, что он говорил мне, я вам передал.

– И когда он лежал мертвым, – слишком уж небрежно протянул Френк, – ты вряд ли мог дать ему свою визитную карточку.

Я крепко стиснул трубку и стал лихорадочно припоминать разговор с Хиксом на Айдахо-стрит. Вспомнил, как он разглядывал мою визитную карточку, держа ее между пальцами. Как быстро я выдернул ее, пока он не решил вдруг оставить ее себе. Сделав глубокий вдох и медленно выдохнув, я ответил:

– Вряд ли. И переставьте запугивать меня до смерти.

– У него была твоя визитная карточка, приятель. В часовом кармашке брюк, сложенная вчетверо. При первом осмотре мы ее прозевали.

– Я давал карточку Флэку, – произнес я непослушными губами.

Наступило молчание. В трубке слышались отдаленные голоса и стук пишущей машинки. Наконец Френч сухо сказал:

– Ясно. Пока.

Послышался резкий щелчок.

Я очень медленно повесил трубку и размял затекшие пальцы. Уставился на лежащую передо мной фотографию. Сказать она мне могла только то, что двое людей, в том числе моя знакомая, обедали в «Танцорах». По газете на столе можно было установить дату.

Я набрал номер «Ньюс-Кроникл» и попросил спортивный отдел.

Четыре минуты спустя я записал в блокноте: «Ричи Белло, известный полутяж, скончался в больнице Святых Сестер 19 февраля незадолго до полуночи от повреждений, полученных на ринге накануне вечером в бою, наиболее привлекавшем зрителей на голливудском стадионе „Лиджн“. С этим заголовком вышел дневной выпуск „Ньюс-Кроникл“ за двадцатое февраля».

Набрав снова тот же номер, я попросил Кении Хейста из отдела городских новостей. Это мой старый знакомый, в прошлом репортер уголовной хроники. С минуту мы поболтали, потом я спросил:

– Кто писал об убийстве Веселого Моу Стейна?

– Тед Барроу. Сейчас он работает в «Пост-Диспетч». А что?

– Хотелось бы узнать подробности, если они есть.

Кенни сказал, что пошлет в архив за подшивкой и позвонит мне. Через десять минут раздался его звонок.

– Стейн был убит двумя выстрелами в голову, в машине, кварталах в двух от Шато-Берси на Франклин-авеню. Примерно в двадцать три пятнадцать.

– Двадцатого февраля? – спросил я.

– Точно, двадцатого. Никаких свидетелей, никаких арестов, взяли, как всегда, только букмекеров, безработных боксерских менеджеров и других профессиональных подозреваемых. А что такое?