– Возможно.

– А что за сплетня? Не бойтесь шокировать меня.

– Она не совсем пристойная, мисс... мисс...

На столе стояла табличка с фамилией. Я изогнул шею, пытаясь прочесть ее.

– Хелен Грэди, – сказала девица. – Что ж, легкая, тактичная непристойность еще никому не вредила, так ведь?

– Я не говорил, что она тактична.

Девица откинулась назад и выдохнула дым прямо мне в лицо.

– Одним словом, шантаж. – Она вздохнула. – Почему бы тебе не убраться отсюда к черту, приятель? Пока я не вызвала фараонов?

Я сел на угол стола, втянул ртом дым ее сигареты и дунул ей в волосы.

Она гневно увернулась.

– Проваливай, хлюст.

От ее голоса могла бы осыпаться старая краска.

– О-го, – протянул я. – А куда делось бринморовское произношение?

Не поворачивая головы, она резко позвала:

– Мисс Вейн.

Высокая, стройная, элегантная смуглая девушка с горделивыми бровями подняла на нее взгляд. Она только что вышла из раскрашенной под витражное стекло двери. Подошла к столу. Мисс Грэди подала ей мою карточку.

– Отнесите Спинку.

Мисс Вейн с моей карточкой снова скрылась за раскрашенной дверью.

– Присядь, важная персона, дай отдых своим натруженным ногам, – предложила мне мисс Грэди. – Ты можешь проторчать здесь всю неделю.

Я сел в широкое кресло, спинка которого вздымалась над моей головой дюймов на восемь. От этого я стал казаться себе ниже ростом. Мисс Грэди еще раз старательно улыбнулась мне и вновь потянулась к телефону.

Я огляделся по сторонам. Маленькая девушка в углу перестала плакать и теперь как ни в чем не бывало красилась. Очень высокий элегантный мужчина, изящно вскинув руку, глянул на свои шикарные часы и легко, плавно поднялся на ноги. Ухарски нахлобучив набекрень жемчужного цвета шляпу, он оглядел свои замшевые перчатки, трость с серебряным набалдашником и медленно подошел к рыжей секретарше.

– Я два часа прождал встречи с мистером Бэллоу, – холодно проговорил он звучным, мелодичным голосом, над постановкой которого немало потрудился. – К такому обращению я не привык.

– Мне очень жаль, мистер Фортескью. Мистер Бэллоу занят сверх всякой меры.

– Оставить ему чека я, к сожалению, не могу, – заявил высокий элегантный человек скучающим, презрительным тоном. – Возможно, это единственное, что могло бы его заинтересовать. Но за неимением оного...

– Минутку, малыш.

Рыжая подняла трубку и сказала в нее:

– Да?.. Кто же еще может сказать это, кроме Голдвина? Не могли связаться с кем-нибудь, кто в своем уме?.. Что ж, сделайте еще одну попытку. Она с силой бросила трубку.

Высокий не шевельнулся.

– За неимением оного, – повторил он, словно и не умолкал, – я хотел бы оставить ему нечто вроде личного послания.

– Пожалуйста, – сказала мисс Грэди. – Я постараюсь как-нибудь передать его.

– Передайте ему от меня привет и скажите, что он хорек.

– Лучше вонючка, – предложила она. – Слово «хорек» на него не подействует.

– Тогда вонючка, трижды вонючка, – сказал Фортескью. – К тому же слегка припахивающая сероводородом и самыми дешевыми духами, употребляемыми в публичном доме. – Поправив шляпу, он бросил взгляд в зеркало на свой профиль. – Желаю вам всего доброго, и к черту контору «Шеридан Бэллоу инкорпорейтед».

Распахнув тростью дверь, высокий актер изящно вышел.

– Что это с ним? – спросил я.

Мисс Грэди печально взглянула на меня.

– С Билли Фортескью? Ничего. Он не получает ролей, поэтому ежедневно приходит сюда и разыгрывает этот номер. Думает, что кто-нибудь может увидеть его и восхититься.

Я медленно закрыл рот. Можно долго прожить в Голливуде и не видеть, в каких ролях приходится выступать актерам.

Мисс Вейн вышла из внутренней двери и поманила меня кивком головы. Я прошел мимо нее.

– Сюда. Вторая дверь направо.

Она смотрела на меня, пока я шел по коридору. Войдя, я закрыл дверь.

Сидящий за столом полный седой еврей нежно улыбнулся мне.

– Приветствую, – сказал он. – Я Мосс Спинк. Что у вас за проблема?

Присаживайтесь. Сигарету?

Он открыл штуку, похожую на сундучок, и вместо сигареты преподнес мне индивидуальную стеклянную трубку длиною не более фута.

– Благодарю, – ответил я. – Курю табак.

Спинк вздохнул.

– Ну ладно. Перейдем к делу. Дайте-ка сообразить. Вас зовут Марлоу.

Так? Марлоу, Марлоу... Слышал я когда-нибудь о человеке по имени Марлоу?

– Видимо, нет, – ответил я. – А я никогда не слышал о человеке по имени Спинк. Мне нужно видеть человека по имени Бэллоу. Разве это звучит как Спинк? Мне вовсе не нужен человек с таким именем. И строго между нами – к черту людей по имени Спинк.

– Антисемитизм? – спросил Спинк и примирительно взмахнул рукой.