– Где мы и где она? Здесь всё неизменно. При сошествии Император задаст ей этот вопрос. Но не думаю, что грядет расширение.

– А программа перевооружения?

– Она в первую очередь направлена на нашу основную задачу. Это понятно? Риольские земли не более чем казус, с которым нам ещё предстоит много работать.

– Достаточно символичный казус: новые земли Гардара, не обремененные порталами, дают нам много возможностей.

Эти слова седоусого мужчины вызвали улыбки у всех присутствующих.

– Ох, Раут. Вы бы знали сколько с ними проблем. Продолжим по теме.

Голоса в кабинете Повелителя ещё долго не стихали.

В горы мы возвращались уже по снегу и чем ближе к Пеленору, тем больше его становилось. Радовало только то, что дилижанс был с артефактом обогрева. «Как раз к зиме поставили», – хвалился возчик.

Крепость сразу же захватила меня круговертью дел: в отряде теперь за старшего остался Лариг, а меня вызвал к себе капитан Латир и начал как раз с этого вопроса:

– Кому сейчас легко? Во всех отрядах нехватка ветеранов – зима. У тварей спадает активность, да и следы теперь видны: легче всех поймать и уже не нужно так прочёсывать поле камней. Время отпусков, как я ранее тебе и говорил.

Я молча слушал командира роты, кивая в нужных местах. Неясно, зачем я здесь? Впрочем, долго ждать ответа на невысказанный вопрос не пришлось:

– Просьба к тебе… поддержи авторитет лейтенанта Ларига.

Здесь я впервые подал голос, не скрывая удивления:

– Мне? Поддержать? Да я в отряде без году неделя!

– Не передёргивай, зиму осталось отслужить и будет год. И да! У тебя старше звание, при этом ты ещё и маг, а с вами вечные проблемы: слишком уж вы любите при нужде тыкать пятым министерством.

Я едва успел проглотить ехидное замечание о ранге бакалавра у самого капитана. Вместо этого заметил, уверенный, что то достопамятное происшествие так и не вышло за пределы нашего отряда:

– Со мной вроде не было повода так думать?

– А напомнить будет нелишним, – командир роты провёл ладонью по ёжику волос, перечислил. – Приказы не оспаривать, не перечить – всё подобное только наедине. И сними с него часть работы с составом: у него сложности со службой и совсем не хочется, чтобы он её бросил. Как бы он там сам ни считал, но именно в службе его призвание и это хорошо видно со стороны. Это его первые выходы как командира, так что, надеюсь, ты не будешь лезть ему под руку со своим значком старшого.

– Тонму капитан, – эта речь заставила меня сморщиться, – ну что вы, право, как с неучем первого года.

– Чтобы не было обид про старшинство, – рубанул рукой Латир. – И ты чётко понимал, что у тебя нет опыта для такой должности.

Я вытянулся:

– Так точно, тонму капитан.

Он же покачал головой, заставив меня на миг устыдиться:

– У тебя с субординацией всё плохо, даже в этом кабинете. Ты меня услышал.

– Так точно! Разрешите идти?

– Свободен, – скомандовал капитан, но тут же, поправился. – Стоять!.. Дошли слухи, что поездка твоя прошла успешно во всём и ты собираешься семьёй обзавестись.

Я смутился:

– Так и есть.

– Как решишь вопрос с храмом, не забудь сообщить. Ты с общежития съехал давно, но семейным положены подъёмные, съёмные и прочая дребедень. Ну, и проставиться не забудь роте.

– Так точно!

– Теперь – свободен!

Но это только так называлось – свободен. А на деле забот лишь прибавилось: наряды те же, а людей с опытом меньше. Зато я умудрился поставить рекорд Пеленора, за один день задержав четверых бойцов в самоволке. Самое смешное в этом то, что они сами себя выдавали, начиная убегать. Такое ощущение, что им меня со стороны показали пальцем и наказали бояться – а они и рады стараться.

Ларигу и впрямь приходилось ещё хуже, на него ведь свалилась и куча бумажной работы с отчётностью отряда, так что в поле он вышел с улыбкой счастливого человека:

– Устал я, – честно признался он, пока мы шагали через каменное поле.

Гвардеец бездельничал. Кому нужна его помощь сейчас, когда пыль покрыта снегом и даже завеса от солнца не нужна? Все, напротив, кутаются в тёплые зимние плащи и не мёрзнут лишь потому, что шагать стало тяжелей, а под бронёй толстые зимние поддоспешники.