– Так Новодевичьем же было в некрологе.

– Кто раскапывать могилу будет? Похоронили пустой гроб.

– Значит долго жить буду. И да, когда мои вещи и трофеи вернёте?

– Сказал же, забудь.

– Не забуду.

– Ты даже не представляешь каким людям разошлось это оружие. Многие захотели получить оружие что вывез Бард из немецкого тыла. Фотоаппараты тоже ушли.

– Суки.

– Что?

– Я говорю, что припомню ещё это разграбление. А сейчас я устал, спать хочу.

– Подожди, а где твои награды, всю квартиру перевернули и не нашли?

Однако я дёрнул плечом и не стал отвечать. Вернувшись на носилки я, накрылся одеялом и так пролежал до самой Москвы. Жаль не привезу дынь и арбузов Светлане, сами мы их каждый день ели, хотя бы по кусочку, но доставалось, сахарные. Ничего, как-нибудь по-другому порадую. Ну а пока лежал, размышлял. Устроило меня то что было? В принципе, да. Везде нужно искать плюсы и минусы. Минусы, я нахожусь в серьёзной конфронтации с командованием РККА, что ограбило меня на трофеи. Или там госбезопасность поработала? На месте узнаю. И хотя те об это ещё не знают и конфронтация только с моей стороны, всё равно узнают рано или поздно. Ещё и Петровскому не простил что заслуженную награду о которой договорились, зажал. Хотя время есть, может ещё исправится. Да нет, не исправится, время упущено, да и аккордеон мой профукал. Плюсы, я улучшил свой немецкий язык, найдя знатоков среди раненых. Двое поволжских немцев, я с ними в основном и общался, остальные их как-то… игнорировали. Так что подтянул навык. Подучился игре на гитаре, узнал, что есть несколько способов играть на ней, я учился двум, более-менее освоил. А подучится всегда не против. Жаль, что Лидию Николаевну не помял, как планировал, но надеюсь шанс ещё будет, и мы встретимся. Вот на этих мыслях и задремал. А вообще я на перепутье, что делать дальше?

Просунулся я, когда самолёт совершал посадку. Сели благополучно, сам самолёт был транспортным судном, но не «Дуглас», а вообще одномоторный, моноплан с высоким подъёмом крыла, на шесть-семь пассажиров. Кроме нас пятерых других пассажиров не было. Да и для носилок едва место нашлось. В общем, меня всё же вынесли, тут даже санитарная машина ожидала. С чего это такие почести? Я действительно был в недоумении. Меня погрузили в машину, и мы покатили в сторону столицы, аэродром недалеко был, но всё же не в черте города. Маринин со своими сотрудниками следом на легковом лимузине ехал. У них чёрный «ЗИС-101» был. Что за госпиталь? Да тот же где я лежал в первое своё ранение и куда меня не приняли после второго. Я это запомнил. Палата отдельная, одноместная для ГСС. Занесли, врачи изучили мои раны, опросили, и сообщив что мне осталась программу реабилитации пройти, так как всё практически зажило, то постепенно можно повышать нагрузки, а пока ходить. По палате, по коридору, через пару дней и по лестнице можно будет. Выдали два костыля, и ушли. Маринин в госпиталь даже не заходил, убедился, что меня приняли и укатил.

Кстати, я уж принял решение что делать дальше. Буду строить из себя обиженного властью, ограбленного. Стойте, не возмущайтесь моим решением, я принял его после долгого обдумывания, намёк вовремя второго рейда от моей Фортуны, что подобным не стоит заниматься, был ясный. Многие женщины разработали систему знаков и живут по ним. Сам я тоже пользуюсь подобной системой и ориентируюсь по знакам что мне показывает Судьба. Это был второй знак, ранение при практическом окончании операции. Тут не сомневайтесь, я со своей Фортуной давно бок о бок существую и знаю её намёки, так что больше в рейды мне не ходить, следующий могу и не пережить. А как отказаться? А никак, не поймут, когда другие мальчишки готовы отдать жизнь за Родину, и я хорошо их понимаю, я вдруг начну из себя барышню строить, ломаясь. Готов ли я отдать жизнь? Знаете, не могу сказать уверенно, всё от ситуации зависит. В бою это одно. Например, если мы все вместе из окопа как один поднимемся в атаку, зная что в любой момент срежут, но рядом чувство локтя товарища, поднимусь и побегу в атаку. Также с танковой. А если есть вероятность избежать, то так и сделаю. Отказаться от таких рейдов, после двух закончившихся ошеломляющим успехом, это по мнению многих командиров, мне просто не дадут. Значит будем саботировать их. Мне приказывают одно, а я делаю другое. Объяснение одно: действую по ситуации, выполнить задание не было возможности. Один раз пошлют, второй, в пятый, когда-нибудь надоест. Главное мне эти все заброски пережить, в чём я сильно сомневаюсь. Что переживу их. Вот и думаю что делать. Под крылышко Потапова вернуться не вариант, тот ничуть не сомневаясь тоже меня к заброске в тыл к немцам будет готовить и сделает это. В другом виде я ему не нужен. Вот и выходит, поза обиженного, мне пока подходит, пусть временно, изображаю ребёнка что дует в губы, но пусть будет. Да я и реально взбешён ограблением и не собираюсь прощать пока всё не вернут. Ворьё в петлицах. Хм, ещё больше года ждать пока погоны введут.

Света пришла уже утром следующего дня, как меня поместили в отдельную палату для ГСС. Дочек та на попечении двоюродной сестры оставила, малы они чтобы их носить далеко, да и коляски для них та всё никак не сподобится купить. Да и большой дефицит они, поди ещё найди. Для двойняшек так совсем, их кажется только по заказу выпускают, то есть, найти нереально. А после войны единственная фабрика в Москве что выпускала детские коляски, была перепрофилирована. Интересно на что? Света тоже не знала. Хорошо пообщались. У них всё в порядке, живут, у Светы два месяца декретного отпуска, потом на работу, даже когда война началась, ничего не изменили. Так что отдыхать и восстанавливаться той осталось чуть больше месяца. А дочек я сам попросил не приносить, разрешат прогулки по городу, когда сил у меня будет достаточно, сам приду. Это произойдёт через неделю, ну максимум дней десять. На том и договорился. Выяснил что всё же у Светланы всё идёт как обычно, живут хорошо, много гуляют с дочками. Просто на руках носить их неудобно, руки устают. Хорошо сестра помогает. Да, коляску нужно срочно. Стоит что-нибудь придумать.

Света ушла, оставив гостинца, ватрушки напекла, всё как я люблю, побольше начинки, поменьше теста, как раз лакомился, когда появился новый гость. Майор Краснов из Генштаба, с приказом для меня описать всё от начала до конца по моим действия в Белоруссии. Проверил документы, приказ, вроде всё настоящее, ну и мы приступили к работе, тот записывал, был обучен скорописи, а я больше говорил, под редкие уточняющие вопросы. Два дня тот ко мне ходил, пока мы не закончили. Острые моменты я не описывал, оказалось пытки, даже противника, уголовно наказуемы, вот о Кубе пришлось рассказать, тут вывернутся сложно, но поставил всё это так как будто это была месть за убитых евреев и расстрелянных военнопленных. Вроде проскочило. Потом про меня забыли на неделю, только Света через день заскакивала на часок, у неё всё время дети занимают. А я активно ходил, врачи разрешили, раны беспокоили, но всё же уже делал до десятка кругов вокруг комплекса зданий госпиталя. Наконец мне разрешили покинуть территорию госпиталя, и посетить город. Тут прискакал перец из Кремля в звании лейтенанта ГБ, им сообщили что я ходить могу, и уведомил что через три дня будет официальное моё награждение в Кремле, чтобы был готов. Парадную форму уже заказали, и отвёз меня к портному. Мне каптёр выдал форму командирскую, моего размера, сильно ношенную и без знаков различия, больше не было из свободных моего размера, а моя прошлая что в госпитале после ареста осталась, уже давно пропала. Видать выдали кому-то. Я потребовал вернуть всё что мне принадлежало, на что копёрщик скис. Как он вернёт? А нечего чужое имущество разбазаривать. Пообещал если не вернёт, шум устрою. После того как меня в этот госпиталь не приняли, добрых чувств к сотрудникам и врачам я не испытывал, что и демонстрировал. Главврач не мог не заинтересоваться, подошёл, получил честный ответ, и покидывав ушёл. Даже не извинился.

В таком виде я к портному и завалился. Заказал тому помимо парадной ещё и повседневную форму. Одной хватит, всё равно долго не проживёт. Да и я больше в комбинезонах хожу. Вот только если парадная мне в подарок, платить не нужно, уже всё оплачено, то повседневная, вместе с шинелью, идёт отдельно. Мы договорились о цене, меня ещё к сапожнику завезли, тот только хромовые шьёт, снял мерки, и на этом меня высадили у рынка. Лейтенант укатил, обещал, что сам заберёт форму и заедет за мной, ну а я направился к одному из домов у рынка. Там на чердаке клад был, пять колбасок с золотыми монетами. Пять сотен штук. Нужно дочкам коляску купить, да и мне по мелочи прибарахлится. Из моих вещей Свете удалось только аккордеон сохранить, показав чек. Хм, надо бы в прокуратуру зайти, забрать заявление о воровстве моего аккордеона, пока меня в тюремной больнице содержали. Вроде как получил моральное удовлетворение. Дальше настаивать не стоит.

К счастью на крыше этого здания не было постов зенитной обороны, как на других, так что благополучно посетил чердак, вскрыл аккуратно схрон, забрал одну «колбаску» и закрыл, заворошив пылью, как будто тут ничего не делали, и вернувшись вниз, направился в сторону рынка. Тут меня патруль и перехватил. Однако справка с разрешением в кармане, всё честь по чести выправил в секретариате госпиталя, правда не по форме одет, но узнав что сделал заказ пошива новой формы, козырнули, с интересом меня рассматривая, и отправились дальше. А газеты обо мне пишут, на днях было выложено опровержение что я погиб, ошибочка вышла, а лечился в другом госпитале, произошла путаница с документами. Дальше на рынке нашёл скупщика, один на весь рынок работал, видимо место занято, под крышей работал, продал ему все монеты, а солидная сумма вышла, мы ещё и поторговались, я и направился за покупками. Как я уже говорил, купля-продажа золота уголовно наказуема, поэтому сам скупщик ничего в руки не брал, деньги принёс, и забрал золото, парнишка лет десяти. Он не подсуден, а тот продолжал гулять на своём пятачке, негромко выкрикивая что скупает. Для начала я прошёлся среди торговцев и напряг их на поиски детской коляски для близнецов, для девочек, а сам пока занялся покупками. Приобрёл вещмешок, отличный бритвенной походный набор, расчёска и маникюрные ножницы входили в набор. А то надоело санитара с бритвой звать, тот и постригал, и брил. Лучше самому делать, да и навык утратить не хочется. У нас такое не делают, проверил, и точно английская продукция. Видимо морячки привозят и продают втридорога, а этот товар распространяется таким вот образом. Качества на удивление приличного, потому и приобрёл. Перочинный нож, нормальный охотничий с ножнами, причём настоящий. Тут старичок тряпицу на земле расстелил и продавал. Я поинтересовался, распродаёт работу сына, тот кузнецом был, сгинул на фронте месяц назад. Я тогда ещё засапожник купил, хороший нож, да и был в одном экземпляре. Конфет приобрёл и печения, ну и сапоги, отличные сапоги, для повседневной формы. К ним два комплекта портянок. Те мои сапоги сгинули пока меня по госпиталям возили. Надо было Свете отдать. Как чувствовал.