Залп летит в распахнутые двери вслед за мной. Стена покрывается красными кляксами, один шарик с краской прилетел в ухо еще ничего не понимающему посетителю. Следующий залп придется по мне – потому что бежать некуда.

…И я выпрыгнул в боковое окно, вынеся стекло, под визг перепуганных посетителей.

В голове попыталась проскочить мысль вроде «как они меня нашли?!» – но не успела.

Я оказался в боковой улочке – буквально три метра между кафешкой и соседним зданием, и оба выхода из нее перекрыты, с каждой стороны по несколько человек. Ну да, расстрельная команда – полтора десятка из пятидесяти, и остальные сейчас где-то рядом. Мои курсанты устроили мне натуральную западню, перекрыли все пути отхода – ну а чего я ждал? Большинство ведь училось в отличных училищах спецназа и не только.

Обе группы начали стрелять, у меня остался последний путь – вверх. Я подпрыгнул, оттолкнулся правой ногой от стены соседнего знания вперед и вверх, затем левой – от стены кафешки, потом снова правой – и оказался на крыше, благо, кафе одноэтажное.

– Цель на крыше! – завопило сразу несколько голосов.

Ну да, кафе оцеплено, как я и думал.

В этот момент по улице проехал автобус, я разбежался, прыгнул вдогонку, приземлился на крышу автобуса и успел распластаться на ней за миг до того, как над головой засвистели шарики.

Я ухмыльнулся, слушая негодующие вопли курсантов, но радовался недолго: внутри автобуса завопили пассажиры, которые не могли не слышать, как я запрыгнул на крышу. Водитель же оказался вполне трезвомыслящим сторонником правила «в любой непонятной ситуации жми на тормоз» – и затормозил.

Деваться некуда, надо бежать! Автобус отвез меня метров на двадцать от кафе, то есть – за пределы оцепления. Так что я спрыгнул с него и рванул в ближайший переулок.

…И оказался под прицелом нескольких пар глаз и нескольких стволов. Здесь меня тоже ожидал пикет второго круга оцепления во главе с Арлин Кирсановой.

Три шарика пролетели мимо, но Арлин, мстительно прищурившись, выстрелила чуть позже других и залепила мне прямо в ухо. А за спиной уже грохочут ботинки остальных.

Мне снова пришлось ломануться сквозь ближайшую витрину – на это раз это оказался мебельный магазин.

Возгласы и визг покупателей и продавцов. Ну да, попробуй не взвизгни, когда сквозь витрину вламывается тип с окровавленной левой стороной головы.

Я метнулся по проходу, за мной в витрину вбежали курсанты, вопя во все горло «всем на землю, это зачистка!», и мне вдогонку снова летят шарики.

В самый последний миг я перекатился через стол и опрокинул его позади себя. Снаряды с краской попали в столешницу, а я перекатом скрылся за угол.

Оказавшись в пустом коридоре, быстро вбежал в дверь для персонала, оттуда – в служебный туалет. Так, передатчик в нагрудном кармане последний раз пикнул пятнадцать секунд назад – у меня минута сорок пять до того, как курсанты получат следующий сигнал. Тысяча проклятий, как они нашли меня в городе, если их рации могут принять сигнал максимум с полусотни метров?!!

Быстрый взгляд в зеркало – ничего страшного, у меня только ухо испачкано и несколько брызг на щеке. Пускаю воду, умываюсь, смотрю в зеркало – все нормально, ухо, впрочем, покраснело от удара, но не очень заметно.

В этот момент в коридоре грохочут сапоги. Открываю небольшое окошко у потолка и просачиваюсь в него, как кот, спасающийся от неминуемой кары за тапочки.

Так, я снова в переулке, рядом никого.

Дворами выхожу, стараясь идти энергично, но без спешки, на параллельную улицу. Взгляд влево, вправо – никого. Так, десять секунд до сигнала…

Перебегаю улицу на красный, заворачиваю за угол, быстро иду прочь.

Когда я отошел метров на двадцать, прямо навстречу мне вышли двое полицейских.

Они обратили на меня внимание потому, что я в форме, а также, возможно, из-за хлыста.

Один из них шагнул мне навстречу и коснулся пальцами козырька.

– Прошу прощения, нам поступил звонок о беспорядках на…

– Если вы про шум и гам на соседней улице, – кивнул я за спину, – то там просто идут учения специального подразделения. Все в порядке.

И тут за спиной крик:

– Вот он!

Я схватил полицейского за воротник и пояс и рывком поменялся с ним местами, и вовремя: полновесный залп прилетел и ему, и его напарнику.

– Какого хре…?!! – взвыл напарник, но в следующий миг подавился шариком.

Я бросился прочь, бросаясь из стороны в сторону и огибая редких прохожих. Вдогонку летит настоящий шквал, не щадящий ни женщин, ни стариков, ни детей, вопли испуганных прохожих – до небес.

Мне удалось выскочить в переулок, получив в спину всего один шарик. Еще два – и я проиграл, надо уносить ноги…