– Надя беспокоится за него. Это нормально, - останавливая своего мужа, замечает Екатерина Сергеевна напряженным голосом, - не заостряй внимание на её несдержанности. Это подростковый максимализм.

– Я не заметил, чтобы эта девушка страдала от своего темперамента, - глядя на меня очень нехорошо, протягивает Владимир Яковлевич, - так что не думаю, что сказанное ранее можно отнести к подростковому максимализму.

– Правильно. Отнесите это к хорошо обдуманной речи, которую я с удовольствием повторю - если будет необходимость, - произношу, поднимаясь из-за стола.

– Ты что себе позволяешь?
– теперь уже абсолютно без эмоций уточняет отец семейства.

– Хватит, - Тимур тоже поднимается на ноги, - думаю, мы наелись, - и он берёт меня за руку, а затем ведёт в коридор.

– Говоришь, мой сын отдал этой девчонке свою стипендию? Сколько там было выделено денег на каждого стажера?..
– медленно произносит Владимир Яковлевич, обращаясь к своей жене и откладывая в сторону салфетку.

Останавливаюсь, вынуждая и Тимура притормозить.

– Мы не будем прощаться с Надей. Ни сейчас, ни в конце месяца, - точно таким же спокойным голосом отвечает Екатерина Сергеевна, также откладывая в сторону свои приборы.

– Насколько мне известно, ей дали возможность проявить себя во время испытательного срока, - будничным тоном уточняет Владимир Яковлевич, словно нас с брюнетом уже не было в столовой, - но стипендии, о которых я договаривался со своими друзьями из фонда, предназначались участникам группы, а не девчонке на побегушках у нашего сына.

Слова режут по больному. Вот, как он воспринимал меня всё это время...

От неприятных мыслей меня отвлекают пальцы Тимура, сжавшиеся вокруг моего запястья. Думаю, он, как и я, понимает, к чему клонит его отец...

– Я не должна была говорить об этом сейчас, но раз ты решил изъявить своё мнение на этот счёт, скрывать и дальше будет глупо, - четко произносит Екатерина Сергеевна, -статус Нади изменится к концу этого месяца.

– И каким будет её новый статус?
– с арктическим холодом спрашивает отец семейства.

– Она станет скрытой участницей женской группы, - спокойно объявляет директор. Сжимаю ладони в кулаки. Что происходит?

– Катерина.
– предупреждает Владимир Яковлевич.

– Ты не думаешь о последствиях своего недовольства, зато я о нём думаю всегда. Эту девочку тебе убрать не удастся, - встретив взгляд мужа, чётко отвечает Екатерина Сергеевна.

Убрать?.. Что значит «убрать»?..

Тимур притягивает меня к себе и обхватывает за плечи, напряженно следя за общением своих родителей:

– Молчи, - почти беззвучно произносит он.

Ха. Сложно говорить, когда твоя нижняя челюсть валяется где-то на полу...

– Ты должна хорошо подумать над тем, что сейчас делаешь, - предупреждает Владимир Яковлевич свою жену.

– Разве ты хоть раз ловил меня на «необдуманности»?
– с холодной усмешкой уточняет та.

– Но. интервью и съемки.
– негромко произношу, таки обнаружив возможность выдавливать из себя слова.

При этом обращаюсь я, скорее, к Тимуру, чем к его родителям; и, откровенно говоря, не понимаю, куда их всех занесло и по какой вообще причине?..

– Понятие «скрытый участник» предполагает, что до самого дебюта твоё наличие в группе будет держаться в тайне. Так что съемки с тобой пройдут отдельно ото всех и тогда, когда ты будешь к ним морально готова. У тебя есть где-то полгода на то, чтобы подтянуть свои навыки, - звучит спокойный ответ директора.

Естественно, она знает, что я всё ещё в столовой. Что мы всё ещё в столовой.

Хоть и сидит к нам спиной.

– Но я не танцую. и не пою.
– протягиваю изумленно.

– Я переговорила с педагогами. Они внимательно следили за тобой во время занятий, так что их отчету я доверяю. У тебя есть все шансы влиться в группу. А по поводу «не пою», -и на лице Екатерины Сергеевны впервые за весь этот вечер появляется легкая улыбка, когда она оборачивается на меня, - все три участницы пробовали спеть ту медленную часть в твоей песне - но ни у одной не получилось так искренно, как у тебя. Это будет твоим соло в «Джульетте».

– Но.
– всё ещё не верю в то, что происходит вокруг.

– Это обдуманное решение, Надя. Я приняла его ещё вчера, а сегодня на занятии по вокалу лишь убедилась в его верности: ты стала лидером группы, даже не являясь её участницей. Девочки негласно ищут твоей поддержки и твоего одобрения. Поздравляю тебя. Ты справилась с моим заданием.

Стою, пораженная, с растерянным выражением на лице, и не знаю, как реагировать.

Моего мнения так и не спросили. И меня вновь открыто используют для собственных нужд - директор ещё вчера мне объяснила, зачем я ей нужна.