– Ты бесишь, - вдавив меня в забор, шипит Никита, - да, кому ты вообще нужна?!

– Пожалуйста, помоги мне!
– закрыв глаза, прошу так громко, как только могу.

Чувствую ещё один удар тела о металлический забор. Ощущаю, как из глаз катятся слёзы. Ему настолько плевать на меня, что он просто пройдет мимо? Тогда зачем он заступался в прошлый раз?!

– Да закрой ты свой...
– Никита замолкает и вдруг дергает меня на себя.

Машинально открываю глаза, пытаясь сохранить равновесие, но не успеваю ничего понять - меня утягивают в сторону и отталкивают подальше.

Тимур?..

– Ты что, серьёзно? Опять пришёл её защищать?
– не веря собственным глазам, сплёвывает Никита.

– Ещё раз увижу тебя рядом со своим агентством, рядом с этой парковкой или рядом со школой, и ты сядешь, - спокойно и даже как-то безразлично отзывается брюнет, глядя в глаза бывшему другу.

– И за что меня посадят? За грубый разговор?
– усмехается Никита.

– За употребление и распространение, - произносит Тимур.

– Ублюдок.
– шипит Никита, - только попробуй донести - я вас всех за собой потащу!

– Я чист. А кто балуется - ответит по закону. Они сами сделали свой выбор, - бросает ему брюнет.

– И это всё из-за неё?!
– Никита переводит на меня взгляд, и я вновь чувствую себя каким-то отребьем.

Кто дал им право так смотреть на меня? Чем они лучше?!

А тем временем Никита продолжает надрываться:

– Зачем она тебе?!

Тимур поворачивает ко мне голову, некоторое время смотрит, а затем вновь переводит взгляд на бывшего друга:

– Сам не знаю, - отвечает.

Внутри всё дергается, а затем словно покрывается ледяной коркой. Ему действительно плевать на меня. Он это уже не раз демонстрировал.

Так почему пришёл на помощь - опять?

– Иди, - кивнув мне головой на выход, командует брюнет.

Плетусь вперёд, не в силах понять, что вообще творится вокруг и с моей жизнью в частности... Как слышу голос Никиты:

– Тим, мы же были друзьями.

Оборачиваюсь и вижу, как тот цепляется за одежду брюнета.

– Ничто не вечно под этим небом, - сухо бросает ему тот, и.

– Тимур!
– кричу, вскинув руки к голове.

Парень едва успевает отвести удар от лица, а затем бьёт ногой в живот резким и отточенным движением; Никита охает и сгибается, падая на колени.

– Ты серьёзно поднял на меня руку?..
– каким-то очень нехорошим голосом уточняет брюнет, и я понимаю - он не остановится.

– Тимур, пожалуйста, пойдём, - схватив его за запястье, тяну на свет; тот не сопротивляется, но и не позволяет оттащить себя, - Тимур, прошу! Ради всего святого, пойдём!!!
– с отчаянием кричу, затем обхожу его и отталкиваю от Никиты, наваливаясь всем телом.

Кое-как с горем пополам вывожу его на оживлённую часть улицы и веду за руку к зданию агентства. Сердце в груди колотится, как ненормальное. Руки трясутся, но я не отпускаю ладонь брюнета. Оборачиваюсь, когда мы поднимаемся по ступеням, и замечаю кровавую дорожку на его щеке.

– У тебя кровь!
– восклицаю, тут же метнувшись к нему.

– Иди вперёд, - отвернув голову, командует Тимур, и я вынуждена подчиниться.

Мы проходим через турникеты, подходим к лифту, нажимаем на вызов и заходим в кабину.

– Тимур, это надо промыть. и наклеить пластырь. у меня есть, - взволнованно произношу, рассматривая кровавую полоску.

У Никиты в руке был какой-то острый предмет! Он мог нанести настоящую колотую рану!!! Как хорошо, что у Тимура такая реакция.

– Заклею чем-нибудь, - вновь отводя взгляд, произносит парень.

– Чем-нибудь?
– переспрашиваю; никак не могу совладать с собственным голосом - он звучит слишком нервно, - Нет, уж, - нажимаю на кнопку ближайшего этажа и выхожу до того, как мы добираемся до агентства; тяну за собой брюнета, но тот откровенно буксует,

– Послушай, я знаю, ты вообще не рад, что заступился, - разворачиваясь к нему, произношу, - но, думаю, тебе будет ещё неприятней, когда все начнут расспрашивать, что у тебя за порез на лице. Позволь я хоть с этим помогу.

Выслушав мою речь, парень сжимает челюсть, а затем едва заметно кивает...

Веду его в сторону туалета. Оставляю на входе; тщательно мою руки; вытираю; отрываю несколько бумажных полотенец и возвращаюсь. Беру его за руку и иду к огромному окну у стены.

Там был свет и не было людей.