– Что я могу сделать для тебя? Прямо сейчас? Не откладывая в долгий ящик?
– спрашиваю спокойно.

– Если ты за честный бартер, - опустив голову вниз, протягивает Тимур, а затем встречается со мной глазами, сократив расстояние между нашими лицами почти до нуля, и произносит совершенно другим голосом, - то будь внимательной к своим обязанностям. И следи за поведением.

– К моим обязанностям?
– переспрашиваю, не понимая его.

Замечаю, что мой собственный голос звучит взволнованно. Это его близость так влияет на меня?.. Или его резкая смена настроения?

– Отношения между мужчиной и женщиной - это тоже работа. Как думаешь, ты с ней справляешься?
– уточняет Тимур.

– Ты про наши отношения?
– немного затравленно отзываюсь.

– А про чьи ещё?
– тихо произносит брюнет, а затем на мгновение прикасается губами к моим губам.

Это даже поцелуем назвать нельзя!

Но я уже вся красная. и растерянная.

– А. какие они у нас?
– всё же решаюсь на вопрос, глядя на него широко раскрытыми глазами.

Тимур усмехается, опускает взгляд на мои губы и вновь поднимает на лицо:

– Сложные, - только и произносит он.

Потом щелкает мне по носу, выпрямляется и уходит в зал.

Стою, хлопая ресницами, и уже откровенно недоумеваю.

Поворачиваюсь, пытаясь понять, куда мне идти и что вообще делать, и натыкаюсь глазами на Ксану, Аглаю и Лесю с Антоном, стоявших около лифта.

Они видели?..

– Кажется, мы помешали...
– протягивает Леся.

И я понимаю - видели.

– Иди, тренируйся, - пихнув Антона в спину, командует подруга, а затем вновь вызывает лифт, - думаю, вам сейчас не до нас будет. Надь, ты идёшь?

– А? Да.
– подхожу к ней, кивнув её парню.

Здороваюсь с Ксаной и Аглаей. Те меня игнорируют, кажется, пораженные увиденным.

– Ты мне не говорила, что у вас. оттепель, - проговаривает Леся тихим голосом.

Но нас всё равно слышат. Мы же в одном лифте.

– Я не знаю, что сказать, - отзываюсь так же тихо.

Затем ловлю взгляд Аглаи и опускаю голову.

Кажется, я совершила святотатство - когда позволила брюнету прикоснуться к себе губами.

– Давайте сегодня в комнате отдыха посидим. Танцевать или петь мы не планируем, а поговорить можно и там, - заметив всеобщее. как бы это так назвать?.. всеобщий выпад в осадок?.. Леся берёт на себя инициативу и выходит из лифта.

– Я, пожалуй, схожу за кофе, - брюнетка остаётся в кабине и нажимает на кнопку.

Двери закрываются, а Ксана поворачивается ко мне и произносит, глядя в глаза:

– Ты нам не нравишься. Вообще. И если ты хоть как-то навредишь Тиму.

– Ксана, успокойся. Кто ещё кому навредит, - пытается вступиться за меня Леся.

– Я не с тобой сейчас общаюсь, так что будь добра, умолкни, - сухо отрезает рыжая, а затем вновь поворачивается ко мне, - мы следим за тобой. Учти это.

– Каким образом я могу ему навредить?
– спрашиваю ей вслед, когда Ксана уже идет в сторону комнаты отдыха.

– Каким?
– недоверчиво усмехается та, - Ты уже это делаешь, просто общаясь с ним.

– Я не поняла, он что, двухтысячелетняя китайская ваза?
– повышаю голос, почувствовав внутри раздражение, - И на него даже дуть нельзя?

Она ведет себя, как Никита.

Смотрит на меня, как на ничтожество.

Ксана резко возвращается и едва не налетает на меня, останавливаясь в считанных сантиметрах:

– Дуть нельзя. Дышать с ним одним воздухом нельзя. Прикасаться к нему нельзя. Пачкать его нельзя, - почти без пауз произносит она.

– Это уже перебор, - с откровенным холодом замечает Леся, оттолкнув её от меня.

– Вы из разных слоёв общества, - глядя на меня, как на грязь, проговаривает Ксана.

– Алё, подруга, крепостное право уже отменили, - повышает голос Леся.

Рукой останавливаю её. Ещё не время для разборок. Не здесь. И не сейчас.

И не из-за меня.

– Да, он богаче. Намного богаче. Но это не я предложила встречаться, а он. Сам, - отвечаю ровным голосом.

– А ты должна была воспользоваться правом голоса и отказаться, - медленно проговаривает Ксана, кивая каждому своему слову.

– Ты, вообще, как себе это представляешь?
– уточняю, даже не думая заводиться; больше не думая, - Как я должна была сказать Ему «нет»?

Ксана смотрит на меня и молчит.

– Не знаю, - наконец, произносит она, - но ты должна была придумать. Ты же умная, -бросает мне напоследок и уходит в сторону лестницы, громко хлопнув дверью.

– Ну, кажется, в нашей группе наметился кризис, - подытоживает Леся, массируя шею, -мы ждали его через пару лет, или, хотя бы, когда придумаем название...