Шрифт:
Лис сидел за очищенным от бумаг столом, перед ним лежал какой-то плоский, покрытый газетой предмет. В углу, рядом с сейфом стоял Валера Попов с фотоаппаратом в руке.
– На Доску почета снимать будете? – осклабился Джафар.
– Нет, для опознания сфотографируем, – небрежно бросил Лис, сосредоточенно роясь в ящике стола. Всем свои видом он показывал, что задержанный его совершенно не интересует, просто он выполняет необходимую формальность, которую собирается закончить как можно скорей, чтобы вернуться к более важным делам.
– А кто опознавать будет? – нагло скривил губы Джафар. – И что я такого сделал?
– Восемь убийств на тебе. Пожалуй, шлепнут, несмотря на мораторий. Есть специальный указ: на ком больше трех трупов – к стенке!
– На понт берешь, начальник? Убийства, трупы... Что за херня? Своей бабе расскажи...
Лис перестал возиться в столе и внимательно посмотрел на задержанного. Но на того этот взгляд особого впечатления не произвел.
– Сейчас опознают тебя, – повторил Лис. – Прокурор даст санкцию, и пойдешь ты в последний раз на кичу. А когда лоб зеленкой мазать станут, тогда и похорохоришься... Только я тебе так скажу: там никто не хорохорится. Плачут, воют, в штаны хезают... Попов непроизвольно кивнул. Он знал об этом не понаслышке.
И почему-то этот кивок произвел на Джафара впечатление: может, какая-то исходящая от очевидца расстрелов волна донесла до него тупиковый животный страх последней минуты смертника.
– За что меня стрелять? – вызверился он. – Кто меня опознавать будет?
– Шакал опознает, – уверенно сказал Лис. – Ушастый опознает. Это друг Ермолая, которого ты завалил в больнице. Север опознает. Ты у него на глазах Силка убил...
Джафар расслабился. Мент гнал фуфло внаглую. Братве западно идти в свидетели – Никогда такого не было и не будет. Ну ладно, Шакала они могли нагнуть, но чтобы Север фискалил... Это лажа полная.
– Узнаешь?
Резким движением Лис отбросил газету. Под ней лежала «беретта». Джафар купил ее в Москве за три тысячи баксов – втрое дороже, чем стоит «ТТ» или «макар». Зато таких мало, не у каждого есть. Клевая машинка! Мощная, многозарядная, а как в руке сидит... Пальцы непроизвольно сложились, будто обхватывая рукоятку. Жалко, менты забрали...
– Узнаешь?
– Чего? Я вообще такую дуру никогда не видел!
– Не видел, говоришь? – издевательски переспросил Лис, – Ну возьми, прицелься... Мы тебя щелкнем и Северу покажем под протокол. Он сказал, что ты именно из нее шмалял в больнице!
– Север сказал? – Джафар отмахнулся. – Не вешай лапшу, начальник!
Тусклое воронение «беретты» притягивало его словно магнит.
– Возьми, прицелься. А потом я тебе протокол покажу. Слабо?
Пожав плечами, Джафар взял пистолет. От знакомой тяжести оружия по телу пробежала электрическая дрожь. Были бы пули... Раз, раз, раз! Этих трех – за секунду... И в коридор... Кто попадется – раз, раз! Дежурный у выхода не вспопашится – раз! И на улицу... Кто попадется... нет, там уже никто не полезет... Через забор, в проходняк, пушку в штаны, – сел в одну тачку, в другую... Свобода!!!
От «беретты» исходило ощущение силы и могущества, появилась сумасшедшая мысль: а вдруг они забыли разрядить? Такого не может быть, но вдруг? Бывает, и менты лопухаются, часто бывает!
Он дернул назад затвор, но тот с сухим лязгом стал на задержку. Чуда не произошло.
Джафар громко сглотнул и бросил пистолет обратно на стол.
– Что я вам, клоун? Лучше друг друга фотографируйте!
В сердцах он сплюнул. И насторожился. Что-то было не так. Конвоир даже не врезал ему по шее. Мент у сейфа и не думал наводить аппарат, они обменялись с Лисом взглядами, и в этих взглядах читалось затаенное торжество.
Лис вынул руку из ящика и аккуратно накрыл «беретту» вывернутым полиэтиленовым кульком.
Мгновение – и пистолет оказался в прозрачной упаковке.
Еще мгновение – и вещдок исчез в ящике стола.
Джафар все понял.
– Гр-р-р-р! – с приглушенным рычанием он прыгнул через стол, чтобы вцепиться в глотку проклятого «мусора», перервать гортань, перегрызть сонную артерию, на хер откусить башку...
Но Рывков локтем ударил между лопаток, будто конвоир при посадке в автозак врезал кованым прикладом. Сбилось дыхание, голова дернулась назад, прыжок прервался. На миг потеряв сознание, Джафар упал грудью на столешницу. Железные пальцы Лиса вцепились в волосы и резко запрокинули голову вверх.
– Я думал, ты умнее! – глаза опера находились совсем рядом. В них отчетливо читалось превосходство.
– Я тебя... Я тебя... – боль в спине мешала говорить. Джафар чувствовал, что здесь ему блатовать не дадут, но не собирался сдаваться. Кто молчит, тот боится. Кто боится, тот проиграл.
– Я тебя съем!!!
– Подавишься.
Лис разжал пальцы, и голова задержанного глухо стукнулась о дерево.
– Повоспитывать его? – спросил Рывков. – Профилактическая беседа или небольшой спарринг? Совсем небольшой... Бессильно распластавшись на столе, Джафар продолжал неукротимо рычать.