Шрифт:
Разочаровавшись в самом себе (чуть-чуть), я отправился к надёжному Серёге и «не до конца надёжному» Ризруиду, однако увиденное добило меня окончательно.
Обновление 81
— Ризруид?! — крикнул я. — Серёга?! Вы дома?! Парни, где вы?! Если это такая шутка, то мне сейчас не до них. Ризруид?! Я хотел с тобой поговорить насчёт лаборатории Ёри Сато, так что выходи…
Шарканье и сквозной ветер — всё, что я слышал в доме ящера.
— Может, они на совете, на который тебя не позвали? — спросил я сам себя.
Через пару секунд я переместился в дом предводителя Бессмертных.
— Рэйден! — крикнул я. — Прости, я без стука, но Ризруид и Серёга куда-то пропали. — Дом главного самурая тоже молчал. — Рэйден?! Вашу мать, вы тут все решили сговориться, или что?! Куда вы все подевались, а?
Я переместился к озеру.
Вернулся обратно в дом Ризруида.
— Сука, ещё кровь из носа пошла. — Я отсморкнулся. — Ладно, Дима, без паники. Твои ультрабыстрые перемещения никому не нужны… в них не было необходимости. Хочешь найти Ризруида, Серёгу… или Рэйдена, тогда обратись к тому, кто знаком с ними.
Когда не думаешь, а мчишься куда-то… за кем-то, — это твоему Эго хочется самому всё успеть сделать. А вот когда сам нихрена не сделал, и ты это осознал, вот только тогда начинаешь думать, кто ещё мог бы тебе помочь. И так всегда.
Я решил отбросить бездумные перемещения, а попробовал пройтись как обычный человек, используя свои ноги. И я сейчас говорю про долгую прогулку по деревне Бессмертных на своих двух, а не «пятиминутную телепортацию» по всем знакомым местам.
Сидеть на вершине гиганта, встречать рассвет, проводить закат — всё это хорошо, но я упускаю момент взаимодействия с этим миром, несмотря на то что нахожусь в нём.
Когда я прогулялся по улочкам деревни Бессмертных, взаимодействие с этим миром прошло на высшем уровне.
Почему?
Как минимум я узнал, что большинство Бессмертных меня не понимают, то есть укол-переводчик они не получали. Так как я встретил по большей части детей и женщин, меня это не особо удивило. А вот настоящие воины, которых мне удалось повстречать, не стали говорить, где их предводитель, то есть они сказали, что не знают, но это равносильно тому, как если бы мать сказала, что не знает, где её грудной ребёнок — поверить в этот «бред» очень сложно.
А ещё я обнаружил вторую «деревню» (скопление домиков на другом участке деревни Бессмертных), там же нашёл вторую стометровую сакуру.
Ну и самое приятное за день, что я смог найти, точнее, кого я смог отыскать, — это Серёга. Всё-таки с хаски спать не так страшно. Шучу. И всё же с ним куда спокойнее.
— Что-то никто не знает, где Рэйден, Ризруид, да и тебя я нашёл только под вечер…
— Гав! Гав!
— Да, я тоже скучал. Ты бы хоть записку оставил, что пошёл гулять с детишками в другую «деревушку».
— Гав!
— Я не кричу, Серёга. Где ты слышишь крик, а?.. Вот и я об этом. А куда Ризруид делся?
Хаски лёг на пол. Он поднял глаза и медленно храпнул.
— И как это понимать, Сергей Хаскович?
— Гав!
— Ладно, давай спать. Завтра в пять утра тренировка, надеюсь, мой учитель туда явится и объяснит это недоразумение.
— Гав! Гав!
Серый побежал за своей тарелочкой, но принёс и свою, и мою.
— Ты намекаешь, что хочешь покушать на ночь глядя?
Серый кивнул. Мало того, он подбежал к двери и уставился на соседский дом.
Я настолько заинтересовался, что сам подошёл к хаски.
— Хорошая идея, брат. Конечно, мне слегка обидно, что ты не веришь в мои кулинарные способности, но в этот раз я с тобой полностью согласен: лучше скомуниздить немного еды у соседей, чем пытаться приготовить что-то японское самому, да ещё на ночь глядя. Честно, нет желания и сил готовить.
— Гав!
— Во-во, лень вообще что-то делать. Дай пять!
Серёга дал десять, ещё и обслюнявил всё лицо.
Да простит нас Рэйден, ибо согрешили мы знатно, стырив всю еду со стола. Однако уже через десять минут кто-то постучался в дверь.
— Гав!
— Ага, ещё чего. Давай ты. Это твоя идея была с лёгкой добычей пищи, вот ты и расхлёбывай.
— Гав! Гав! Гав!
— Да не ори ты! — Я глубоко вздохнул. — Ладно! Но хочу заметить, что делаю я это исключительно по доброте душевной, а не потому, что ты пёс, который ничего путного не скажет незнакомой нам соседке.
Я открыл дверь.