— Вот ты где.

Перекатываюсь вбок и успеваю перехватить руку старухи. Ведьма орет и пытается вырваться, а я кричу во всю мощь глотки.

— Уицилопочтли, прими эту жертву!

По помещению прокатывается волна воздуха. Защитный кокон, поставленный ведьмами, исчезает, и до меня доносятся их панические вопли.

— Прирежьте девчонку! Она не должна ему достаться! — орет старуха, пытаясь вырваться из моего захвата.

Выдергиваю свой тесак из ножен и бью старуху по голове. Брызги крови и вопли. Неожиданно шум генератора исчезает, и помещение погружается во тьму. В темноте слышно лишь испуганные голоса и вопли. Несколько раз мимо меня пролетают какие-то предметы. По помещению проносится мощный рев, и крики ведьм становятся все отчетливее. Я метнулся к ближайшей колонне и прижался к ней спиной. Что за напасть на этот раз?

Наконец, крики стихли, и в пространство, освещенное светом гаснущей пентаграммы, выступил огромный волк. Я сглотнул слюну и покрепче сжал тесак.

— Ну, давай, иди сюда, — бормочу я, но в помещение вновь загорается свет, и я слышу довольный голос Халфассы.

— Ну что, я говорила, без меня ты ни на что не годен, всего шесть ведьм, а ты уже сдулся. Иди сюда, будем лечить твои раны.

Волк уселся рядом с девушкой и улыбнулся мне во всю ширину пасти. На фоне кучи разорванных человеческих тел это казалось ерундой.

— Так, я нашу похищенную временно усыпила, она не вспомнит ничего о произошедшем, — сказала Халфасса, заметив, что я направился к беременной девушке.

— Дай угадаю — Петрович? — сказал я, указывая на волка.

— Он самый, ты представляешь, как я удивилась, когда он покрылся шерстью, и стал завывать? — засмеялась девушка.

— Думаю, ты меня сюда отправила как отвлекающий маневр, — сказал я, наступая на девушку.

— Какая разница? — возмущенно произнесла демонесса. — Давай лучше раны обработаю.

— Там уже все почти затянулось, — сказал я, особо не веря хитрой демонессе.

Похоже, она сразу раскусила, кто верховодит ведьмами в этой деревне, а меня водила за нос. Одно слово — демон.

— Как будем выводить отсюда женщину, и куда денем трупы? — спросил я девушку.

Халфасса пожала плечами.

— Предлагаю списать все на каких-нибудь залетных сатанистов, — сказала она после раздумья.

— Мы засветили здесь машину, — сказал я ей.

— Ерунда, тут народа пару пара сотен человек, а Петрович скажет, что к нему приезжали родственники. Менты даже разбираться не станут, — сказала девушка, махнув рукой.

— Тебе надо завязывать с телевизором, он плохо на тебя влияет, — сказал я, собирая разбросанное оружие.

Странно, вид растерзанных тел не вызывал у меня никаких эмоций.

— Надо уезжать отсюда, мы тут знатно пошумели, еще кто-нибудь милицию вызовет, — сказал я.

— Сотовый не работает, а на улице метель, сюда ночью никто не поедет.

Да и выстрелы были едва слышны, все же стены толстые, да и охотничий сезон еще в разгаре, сам же говорил, — сказала девушка.

— Сделаем так: наберем Оскару Осиповичу, пусть сам принимает меры, а мы выезжаем отсюда, да побыстрее. Петрович, спасибо за помощь, — сказал я.

Волк лишь важно кивнул.

Собрав все разбросанные гильзы и оружие, я тщательно засыпал все кровавые пятна с помощью сухого цемента. Демонесса лишь вопросительно посмотрела на меня, но ничего не сказала.

— Все, уходим, — сказал я, направляясь к выходу.

В следующую секунду двери осветились мощным светом. Раздался голос, усиленный мегафоном.

— Внимание, говорит полковник Свинцов, здание окружено. Выходите по одному с поднятыми руками.

— Быстро прижмитесь как можно ближе ко мне, будем выходить под скрытом, — сказала Халфасса мне и оборотню. — Сергей, возьми женщину на руки, — распорядилась демонесса.

Спустя мгновение она уже, раскинув руки в стороны, начала делать какие-то пассы руками. Халфасса зашептала слова на неизвестном языке, а затем нас накрыло полупрозрачным куполом.

— Выходим за дверь и прижимаемся к стене, — сказала девушка, кивая на дверь. Петрович, ты идешь в середине, а я пойду в самом конце, чтобы контролировать весь процесс. Все, пошли, слышишь, Свинцов грозится начать штурм.

Мы буквально протиснулись через двери в храм и прижались к стене.

Полковник явно блефовал и, судя по окружившим дом людям, это был не спецназ и не ОМОН, а какая-то толпа в темных балахонах. Лишь сам Свинцов и его водитель были в форме, но, все же, у большинства окруживших дом чернокнижников было оружие. Кто-то сжимал кривые кинжалы, а у кого-то в руках был пистолет.

— Пошли! — скомандовал Свинцов, и те, нерешительно потоптавшись, начали входить в помещение.

Человек десять осталось снаружи, а пятёрка подручных Свинцова вошла в помещение. Спустя десяток томительных минут один из подручных, подхватив край балахона, направился к Свинцову.