— Почему Никита не может привезти свою жену в свою квартиру? — сделав акцент на принадлежности Нику, ответила я вопросом на вопрос.

На это Лиля запрокинула голову и рассмеялась противным дребезжащим смехом. Я чувствовала себя так, как будто сидела на еже. Эта же женщина напротив ощущала себя здесь как у себя дома, в отличие от меня.

— Потому что он снимал ее для меня, — отсмеявшись, проговорила Лиля. — А сейчас — снимает для жены. Хотя, я была уверена, что свою распрекрасную Миру Никки поселит как минимум во дворце.

Вцепившись пальцами в стул, я сделала глубокий вдох. По-хорошему, нужно было выгнать девицу ко всем чертям, а потом потребовать у Никиты объяснений. Устроить ему такой скандал, который он бы запомнил на всю жизнь. И естественно, в этой его жизни впоследствии меня не будет. Но я хотела подробностей… хотела понимать, насколько глупой и доверчивой была все это время. И Лиля станет для этих знаний идеальным источником.

— Ну, вот видишь, как нам с тобой обеим не повезло, — натянув улыбку на лицо, ответила я.

Насмешливо-надменное выражение тут же исчезло с лица Лили, теперь она смотрела на меня с прищуром, как будто начала подозревать неладное.

— Ну, не повезло здесь только тебе, — хмыкнула она, правда, уверенности в ее голосе поубавилось. — Могла жить во дворце, а живешь в арендованной квартире.

— В которой, ко всему, муж еще и гулянки устраивал, — закивала я, продолжая улыбаться.

Только теперь мне совсем не нужно было заставлять себя делать вид, что мне весело. Я действительно испытывала именно это чувство.

— Да, устраивал. И спал здесь, вот на этом самом диване, вовсе не с женой, — похлопав рядом с собой ладонью, проговорила Лиля. — Кстати, не удивлюсь, если тут и был зачат наш с ним ребенок.

Нет… это уже было за гранью. И как я ни старалась, выдержать и дальше ту роль, которую выбрала в качестве самозащиты, мне это сделать не удалось.

— Никита сказал, что сам тебе во всем признается, но время идет… скоро пузо начнет расти, — вздохнула Лиля. — А воз и ныне там.

Я огромным усилием воли удержала себя от машинального жеста, по которому бы любовница Ника тут же догадалась о том, что беременна здесь не только она.

— А чего ты ожидаешь? Развода Никиты? — уточнила я с невеселым смешком.

— Нет. Глупая, конечно, нет, — рассмеялась Лиля. — Где невинная Мира, а где я? — фыркнула она.

Мда уж… оказывается, моя невинность до брака стала достоянием общественности. Фу, мерзость.

— Я просто хочу, чтобы Никки уделял мне и нашему ребенку достаточно времени. А без того, чтобы признаться тебе во всем, этого сделать не получится. Поэтому я здесь. У вас ведь тоже дети когда-то будут. Хочу, чтобы моему ребенку тоже доставалось достаточно внимания.

Она говорила так спокойно об этих ужасающих вещах, что я почувствовала, что меня сейчас стошнит. От омерзения к тому, что со мной сотворил Никита. В какое унизительное положение поставил своим бесконечным враньем.

— Ну, я считаю, что здесь никаких проблем не будет, — повела я плечами. — На мой взгляд вы с Никитой прекрасно подходите друг другу. И пока у нас с ним нет детей, думаю, самое время тебе его забрать себе. Как переходящее знамя, так сказать. Ну, или приз. Думай о Никки как хочешь.

Я говорила эти слова, а самой мне казалось, что произносит их кто-то другой. Совсем не я.

— Что? — брови Лили поползли вверх, а глаза округлились настолько, что мне показалось, будто они вот-вот выпадут из орбит.

— То, что слышала, — отрезала я, поднимаясь на ноги. — А теперь — на выход.

Она поняла все без лишних слов. Вскочила с дивана, заспешила в указанном направлении. И просто вышла, оставив после себя шлейф тяжелых, противных духов.

Я заперла дверь, постояла в прихожей, делая короткие, но глубокие вдохи, чтобы хоть как-то прийти в себя. После чего вихрем промчалась в спальню, где схватила сумки и стала пихать в них вещи.

Хотелось хохотать во всю силу легких. В который раз за последние недели я, словно неприкаянная, пакую свои пожитки? Уже и со счета сбилась…

«Все не такое, каким кажется… Нам нужно поговорить».

Отбросив прочь все мысли, связанные с Никитой, я сосредоточилась на Саше. Мне нужно было его выслушать… срочно! И я теперь была охвачена безумной идеей — мчаться в реанимацию, прийти к Алексу, требовать, угрожать, умолять… лишь бы только он пришел наконец в себя. Потому что без него я попросту погибну… И причиной тому — малыш, которого я носила. Одна бы я точно справилась, черт бы все побрал!