Шрифт:
Сжимая в руке член, чуть грубовато всаживаю в нее снизу, ловя ее вскрик ртом. Вырываясь, мычит, толкает в плечи, дергается.
И я, слетая в неадекват от возбуждения и ревности, крепко сжимая, трахаю ее, игнорирую вибрацию в кармане халата, лежащего рядом. Которая замолкает и начинается вновь через мгновение.
— Настя! — рявкаю я, теряя голос.
Обхватываю её лицо руками, заставляя смотреть мне в глаза.
— Я только есть, слышишь? Больше никого у тебя нет теперь!
Замирает, испуганно дыша в мои губы.
Закрываю ладонями её уши. И не моргая, глядя мне в глаза она наконец-то начинает медленно двигаться на мне.
— Да… вот так!..
Теряя связь с реальностью и игнорируя всё — телефон, тихий стук в дверь… мы закрываем глаза.
Тело расслабленно и оргазм подкатывает плавно, нарастает как теплая, пьянящая и ослепляющая лавина. Я что-то шепчу в чувствительное ушко. Задыхаясь вздрагивает и её бедра трясёт от оргазма. Сжимаю их крепче, наслаждаясь тем, как она теряет контроль над своим телом. Следом тут же улетаю сам, едва успевая выйти. Окатываю её губки и лобок спермой.
Прижимаю к себе.
Штиль… Минут десять нам просто охуительно хорошо плавать в этом нигде!
Положив голову мне на плечо, Настя как будто уснула. Я медленно глажу её обнаженную прохладную спину ладонями.
Вздрагивает. Отрывается от меня. Словно протрезвев с ужасом смотрит мне в глаза.
— Так… — ведет рукой по волосам.
Встает. Выглядывает в окно. Кидает в меня рубашкой. Перехватываю одной рукой.
Поспешно одевается. Приоткрывает дверь, выглядывает в коридор. Подхожу к ней, но увернувшись от моей руки, она выталкивает меня за дверь.
— Быстро в палату! — шипит на меня. — Ты должен быть сейчас в отключке. До обеда спи. Я приеду…
— Подожди…
— Замолчи, Зольников! — рассерженно.
Но больше стараясь скрыть под гневом страх.
— Тебе не должны больше ничего вколоть, слышишь? Не позволяй!
— Настя. Да мне вообще похеру! Я сейчас попрошу чтобы мне отдали мои вещи и выйду отсюда.
Отрицательно качает головой, запечатываю мой рот ладонью, и подталкивает к палате. Мы застываем у рекреации.
— Не вздумай! — беспомощно взмахивает руками. — Дождись меня!
— Зачем?
В окне рекреации мелькает свет фар.
— Уходи!! Быстро! Пожалуйста! — отчаянно. — Сделай, как говорю!..
Хм…
Захожу в палату, гашу свет, ложусь плечом на косяк, наблюдая в приоткрываю дверь.
— Настя! — слышу незнакомый женский голос. — Тебя обыскались!
— Уснула. А ты не ложилась еще, Свет?
— Нет. Сегодня буйные задолбали. Полнолуние что ли, не пойму… с ног валюсь… — подходит к ней девушка.
— А ты иди, поспи! — чуть торопясь говорит Настя, с истеричной ноткой в голосе. — Там кабинет главного открыт. На диванчик…
— Ты что… приедет, сожрёт! — с сомнением.
— Не сожрёт. Я тебя разбужу в шесть, мне карты нужно заполнить… Иди-иди… ложись.
Настя застывает посреди коридора, обнимая себя за плечи. Растерянно дергается, делая несколько шагов к стальной решетчатой двери на выход из отделения. Замирает, словно передумав. Разворачивается обратно и уходит за стойку медсестры. Вытаскивает пачку бумаг и хлопнув ей об стол, закрывает глаза ладонями. Несколько раз судорожно всхлипывает.
И как только я решаю выйти к ней, стальная дверь лязгает. Издали слышу мужские голоса.
Настя испуганно теребит медальон на груди. Поправляет растрепавшиеся волосы и осаживается на кресло.
Слышу гулкие шаги по коридору. Инстинктивно делаю шаг назад, прячась в тени палаты.
— Здравствуй, Настя… — скрипящий голос Муратова.
Глава 32. Бонус от Насти (Эпидемия)
Оперевшись предплечьями на стойку Глеб внимательно смотрит в мои глаза. Взгляд тяжёлый, но показательно спокойный. С самообладанием у него полный порядок.
— Что-то случилось? — прокашливаюсь на середине фразы, теряя голос.
— У меня или у тебя?
Растерянно облизываю горящие губы. Мне кажется они опухшие и по мне прекрасно видно, что я вся зацелованная, растрепанная и затраханная! Между бёдер все еще судорожно вибрирует от внушительного члена Зольникова. И глаза бесконтрольно закатываются от этих ощущений.
— Ночь просто… — бормочу я.
Глеб давно сюда заходит как к себе домой в любое время суток. По его удостоверению обязаны пропускать. Но даже помимо этого, у него плотные личные связи со всеми врачами нашего отделения. Начиная с меня и заканчивая нашим Главным. И даже трое из пяти наших санитаров попали сюда по его проекции.