— Сорок девять целых, неповрежденных доспехов из личной свиты Продия Девирна, — сообщил он августам. — И один — прямиком с самого стратия, — ощерился Берен еще сильнее.

Девирн застыл на мгновение с глазами на выкате. Как они сказали? Сеорас и страж-коммандер? Привлекли на свою сторону магов? Магов! У Стабальтов находится одна из двух Цитаделей Тайн, и Батиар использовал это преимущество в обход королевской власти. Не погнушался якшаться с проклятыми колдунами и заставил помочь. А, чтобы выйти сухим из воды, приплел сюда и стражей! Которые теперь все свидетельствовали о наличии у Брайса заклинателя душ в лице любовницы. И то, что он так легко все выболтал… Девирн клацнул зубами: он точно сам решил сдать Брайса с потрохами или на него тоже действовали какие-то мерзкие чары, спутавшие голову?!

Сеорас, наблюдая за эмоциями Продия, улыбнулся тоже:

— Вы, конечно, наслышаны о леди Таламрин, которая ушла из нашей цитадели в Смотрители Пустоты. Но ей-богу, не могли же вы, милорд, всерьез верить, будто Данан — единственный в стране чародей дома Кошмар?

— Она, конечно, не без особенностей, — поддержал сослуживца Хаген, присаживаясь за стол рядом с Сеорасом, — но совсем уж неучей в Кошмаре нет просто потому, что неучи не доучиваются. Живыми. Наш друг Иллизар, как видишь, мастерски владеет заклятиями Смятения и Кромешной Тьмы.

Какая в пекло разница! — выругался в душе Девирн. Плевать он хотел на всяких там колдунов Кошмара! Ему нужно выбраться отсюда! А тут — лорд-магистр Цитадели Тайн! Самый лютый колдун в Даэрдине! И попробуй пойми, сколькие из якобы стражников в комнате тоже маги! А стражи Вечного? Эти кого хочешь прирежут, и бровью не поведут! А потом…

Девирн по-настоящему содрогнулся. А потом они, стражи Вечного, воистину универсальные бойцы, наденут одежду, отнятую у охраны Продия, кому-то поручат надеть непосредственно его доспех и поедут в столицу — под его штандартом. Им откроют ворота, они затеют драку, а когда Брайс обратится за помощью к Валиссе, чтобы она подняла на защиту дворца мертвецов, вокруг будет полсотни бойцов, способных разбивать любые чары. Даже самые раззапретные. Тем временем в открытые ворота просочатся войска августов и маги, которым воины Хагена не станут вставлять палки в колеса и дадут колдовать вволю.

Так и будет, осознал стратий. Всё.

— Брайс вас прикончит, — вздернув голову, припечатал Продий. Он старался смотреть гордо и прямо, но надеялся, что его кадык не дергается с каждым ударом сердца. Или хотя бы, что этого не видно окружающим.

— Нас — да, — спокойно согласился Айонас и подтвердил все домыслы стратия. — А тебя — нет.

Он не сдастся им просто так! Запаниковав, Продий постарался еще бросить вызов или хотя бы вызверить пленителей так, чтобы его смерть была быстрой.

— Меня и моих людей знает во дворце каждая собака! — «Нет». — Ты не проведешь Брайса!

Диенар хмыкнул:

— Я уже ег… — задумался и исправился. — Мы с Альфстанной уже его провели. Берен, — обратился он к мужчине, который все еще стоял на пороге. Тот кивнул и открыл дверь помещения. На входе, обвешанный оружием, с подносом в руках ожидал своего часа Толгримм. Берен едва успел увернуться с пути, пропуская друга внутрь. Протиснувшись сквозь «подкову» гвардейцев, Толгримм поставил перед Девирном очередное вкусно пахнущее блюдо и встал сбоку.

«Ешь» — безошибочно распознал команду Девирн.

Тарелка была небольшой, порция тоже. На него одного, ни с кем делиться не придется. Продий сглотнул: вот теперь в самом деле конец. Он вскинул глаза на мужчин за столом. Челюсть дрожала — было слышно, как стучали зубы.

— Это бесчестно… — прошептал он.

— Не тебе говорить нам о чести, — подозрительно тихо протянул Айонас.

— ЭТО БЕСЧЕСТНО! — заорал Продий, срываясь с места. Но Толгримм и еще один стражник вовремя надавили ему на плечи с обеих сторон. Тяжело, не давая подняться. — В ЭТОМ. — рычал Девирн. — НЕТ. ЧЕСТИ!!!

Батиар, скорчившись от боли, вскочил на ноги, упираясь ладонями в стол, и заорал в ответ:

— КАК И В ТОМ, ЧТОБЫ ЗДОРОВЫМ МУЖИКАМ УНИЖАТЬ И НАСИЛОВАТЬ ДЕВЧОНКУ, ГОДНУЮ В ДОЧЕРИ!

— ЗА ДЫРУ СВОЕЙ ДЕВКИ ВЫГОВАРИВАЙ АЙОНАСУ! — зло, с отвращением выплюнул Девирн, и его голова тут же мотнулась в бок от удара. Толгримм дал так, что у Продия хрустнули позвонки в шее. Батиар это не одобрил:

— Тише, Толгримм!

Девирн пришел в себя через несколько секунд и понял, что его подождали. Видно, помереть в отключке не дадут. Изверги.

— Я бы мог ответить тебе, падаль, — протянул Айонас, — что в отношении сиятельной леди Альфстанны, — он подчеркнул каждое слово, интонацией упрекая Девирна за непочтительное обращение, — чист перед Батиаром. Но кто ты, чтобы посвящать тебя в дела августов?! Солдат, который забыл свое место?! Радуйся, гниль, что сидишь за одним с нами столом, и жри, — не удержался в конце Айонас и выдавил сквозь зубы.

— Иди ты! — огрызнулся Девирн, больше не опасаясь удара от Толгримма.

Батиар, наблюдая за этими двумя, сел. Сзади на подстраховке, если колени августа ослушаются, стояли двое стражников, но их помощь не пригодилась.