Я посмотрел в ее сторону.

Стоит изгвазданный в пепле, говне и крови бронированный золотой лимузин. Рядом вся моя банда с озадаченными лицами. Йолопуки лыбился так, словно очутился в Вальхалле троллей. Катя с азартом ковырялась в трухе:

— Это же живая магия. Живая. Точно вам говорю. Ух ты!

— Молотом мне по голове… успели… как мы вообще успели…

Я встал, пошатнулся, затряс больной во всех смыслах, головой.

— Все живы? Замечательно? Успели народ предупредить?

— Кого уж успели, Рео. Обойти вокруг все гоблинское скопище не успели, но панику посеяли. Почему-то нам верили. Кто-то точно издох в муках из-за твоей выходки. Но я спасла стольких эльфов, сколько смогла.

— Ты только эльфов предупреждала что ли?

— Конечно. Времени было мало, и я использовала его разумно. Эльфы — будущее Варгарона.

Гурон взбудоражился:

— Да без гномов вы бы так и ковырялись в земле, молотом тебя голове, эльфийка!

Я поднял руку.

— Отставить базар! Грузимся и выдвигаемся. Живо-живо!

Пихопати село в машину.

Тронулись.

Широкие колеса магической колесницы делали свое дело. Мы нигде не буксовали, да и ехали как по ровной трассе. Только поднимали пыль из остатков всего сущего.

Выехав из пустоши, мы попали в город. Хаос не затихал, но было уже неинтересно. Я даже в окно не смотрел. Через час мы добрались до пригородной дороги. Еще часов через пять я почувствовал смердящую вонь. Мы приближались к свалке.

По пути успел немного восстановить организм. Правда магичить что-то круче третьего круга я еще нескоро смогу.

— Успели, — кивнула Аша.

Мы выгрузились. Я с хрустом распрямил спину.

— Так-с, я смотрю еще даже не рассвело. Время у нас есть. Пойдемте отдохнем.

Кая встретила нас со слезами на глазах, бросилась мне на шею.

— Тра-а-а-айл, я так переживала. Предочки мои, что же у вас там происходило. Даже отсюда было слышно. Все получилось?

— А ты во мне сомневалась? — приобнял я ее. Блин, и вот она меня предала? Что за говно.

— Нет, что ты, конечно, нет. Разве можно… Просто очень за вас переживала.

Аша посверлила Каю глазами, но ничего не сказала. Элиза была в себе. Понять что-то по ее лицу было невозможно.

Эхзолл вышел из-за горы мусора.

— А, явился, вампир. Я уж тебя похоронил. Слушай, мне плевать на твои подвиги, но с этим миром что-то не то. Мои конечности перестают меня слушаться. Такими темпами я скоро развалюсь по кускам. Во имя Бордула, нам нужно отсюда убираться. Куда угодно, но только с нормальной магией. Слышишь меня, вампир?

— Скоро свалим. Надеюсь.

До самого рассвета бурные философские споры не угасали. Возбужденные сопартийцы не могли прийти в себя от произошедшего. Они обсирали гоблинов, спорили, строили планы на будущее и прошлое. Как-то даже сплотились. Я лежал подальше от всех — на драном матрасе в подозрительных белых пятнах. Но мне было пофиг. Стоять на ногах было тяжело. Ко мне подошел Пуки:

— Слушай, вождь, привет.

— Да, здоров. Давно не виделись, — зевнул я, закидывая руки за голову.

— А ты сильный. Йолопуки нравится.

— Ты тоже не слабак.

— Йолопуки не о том. Ты совсем сильный. Устроить такое одной силой не смог бы даже Йолопуки.

— Ну… спасибо.

— Йолопуки решил принести клятву соплями.

— Чо-о? — прихерел я.

— Клятву соплями. Тролли суют друг другу в носы свои сопли. Это делает их братьями.

— Какими, млять, соплями? Ты имеешь в виду клятва крови?

— Не, кровь плохо течет. Раны заживают. Соплями.

Я не верил своим длинным ушам. Меня когда-нибудь перестанут пугать местными обычаями на грани фола? Какими нахер соплями!

— Да ты гонишь! Ни за что…

Йолопуки посерьезнел.

— Йолопуки пока прощает. Йолопуки обязан тебе служить, но это страшное оскорбление. Отказываться от моих соплей…

Я сглотнул.

— Слушай, Пука, я тебя уважаю. Ты сильный и… красивый. Но я не могу пихаться с тобой чертовыми соплями! Это пипец как тупо и негигиенично.

— Отказываешься?..

Твою маму за рога. Вот это я попал.

— Не то, чтобы отказываюсь… Для меня это честь, все дела, но это… Может на крови?