— Хозяин? — та отвлеклась лишь на мгновение, но Гундахару этого было более чем достаточно. Чёрная когтистая лапа ловко отогнула стальной воротник и быстрым практически незаметным движением вырвала толстенный кусок плоти прямо из её шеи.

— Дура тупая… — Амон Гёт недовольно цокнул языком, а затем выхватил из-за пазухи какой-то предмет и исчез во вспышке портала.

Повисла тишина.

— Эпический гандон… — протянул напарник после длительной паузы.

— Ох-х-х… — шаман тяжело опустился на землю — Неужели мы выжили? Скажешь кому — не поверят.

— Да уж. Это точно.

— Герман Велор! — неожиданно взревел генерал и бросился в нашу сторону — Приготовься к смерти поганое ничтожество!

— Эй! Эй! Эй! — испугался танк — Я свой! Алё!

— Гундахар стоять! — закричал я — Этих трогать нельзя!

— У-у-у… — бессильно зарычал Игв, замерев всего в паре метров от танка — Эо О’Вайоми, ты — подлая мразь. Клянусь, я отыщу способ освободиться из плена Унд-Хеку. И тогда я заживо сдеру с тебя шкуру. Я тебя выпотрошу и четвертую! Я изнасилую твою жену и сожру твоих детей!

— У меня нет детей.

— ЗНАЧИТ, БУДУТ! — проорал генерал — Но и это еще не всё! Я уничтожу всех кого ты любишь, а затем сошью из твоей шкуры костюм, надену его на себя и буду танцевать в…

— Помолчи, пожалуйста — отмахнулся я.

Генерал послушно заткнулся. Лишь пучил глаза и пыхтел как дымящийся самовар.

— Я бы с удовольствием сейчас посмеялся — тяжело вздохнул Эстир — Но боюсь, это будет больно. Кажется, у меня все ребра переломаны. Полежу ка я тут пару минуточек.

— Нет дружище, никаких полежу. Нам надо срочно убираться отсюда.

— Как убираться? А добыча? — воскликнул Герман.

— Гер, я знаю Стаса, поверь. Он не зря упомянул про лут, потому как надеялся, что из-за него мы задержимся. Думаю, группы, дежурящие у точек возрождения, уже несутся сюда во весь опор.

— Чёрт! — напарник резко вскочил и бесцеремонно поставил шамана на ноги — Валим! Раз уж мы победили, то необходимо развивать успех. Отдохнем в городе.

— А он? — Эстир вяло махнул в сторону Гундахара — С ним-то что делать?

— Не знаю — ответил я, направив стопы в сторону тропинки — А нельзя ли его как-то обратно в карту запихнуть?

— Нет. Унд-Хеку одноразовые! Раз активировал и всё. Теперь он будет постоянно за тобой ходить до тех самых пор, пока ты его не отпустишь или же он не помрёт.

— Блин. А в город с ним пустят?

— А я-то откуда знаю? Я что, справочная?

— Чёрт, вот угораздило. Ладно — я аккуратно похлопал генерала по плечу, отчего тот брезгливо содрогнулся — Пошли. Если в город тебя пустят, то веди себя там нормально и ни на кого не нападай, пока я не скажу. Понял?

— Я выдавлю тебе глаза! Вырежу ржавой ложкой печень, раздавлю всмятку яйца и сброшу твои гниющие останки в логово красных Ярамайаху ничтоже…

— Всё, тихо! Будем считать, что понял.

Глава 11

До чего же я ошибся, когда посчитал Элирм миром чудесного средневековья.

Преодолев густую лесополосу, мы испытали эмоции сравнимые, наверное, с теми, что почувствовали бы грибники из девятнадцатого века, нечаянно набредшие на участок скоростной автомагистрали.

Еще минуту назад мы ощущали лишь приятный летний ветерок с запахом морского бриза, слышали хруст хвойной подстилки под ногами и смахивали касающиеся лица нити паутины, как вдруг оказались на самом, что ни на есть настоящем шоссе.

Серьезно. Я был абсолютно уверен в том, что выскочив из-за кустов, перед нашими глазами предстанут кривые разбитые колеи с бликующими на солнце лужами или на худой конец аналог мощеных камнем римских дорог, но нет. Это было некое подобие асфальта: напоминающие пчелиные соты сегментированные участки темно-серого цвета, где через каждые пятнадцать-двадцать метров встречались вкрапления из перпендикулярных силовых линий. Для чего они были предназначены — оставалось только догадываться.

Глядя на всё это технологическое великолепие, складывалось ощущение, что для полного соответствия середине двадцать первого века не хватает лишь фонарей, сменяющих друг друга слоганов на виртуальных билбордах и маячившей вдалеке панорамы из огней гигантского мегаполиса.

А еще тут были люди. И не только они.

Чуть левее от нас мы увидели восьмерку самых настоящих орков, тянущих за тросы нечто монструозное, сразу напомнившее мне «Паровой дом» Жюля Верна. Хотя точных слов описания подобрать я не мог. Что это? Помесь дрезины, БТР и металлического сарая? Паровой танк? Самоходная мортира? — Вряд ли. Сие чудо техники выглядело так, словно лишенный вкуса сумасшедший инженер поднял дом вместе с фундаментом, присобачил к нему колеса, пристроил движок и в довесок ко всему прочему высунул дуло здоровенной пушки прямо в окно. Огромная, грохочущая, покрытая маслом и сажей дымящаяся хрень, полностью обитая листовым железом с широкими заклепками и торчащими отовсюду кончиками медных труб. Всё это лязгало, свистело, искрилось и создавало впечатление, будто бы вот-вот взорвется.