Все произошло очень быстро. "Илы" дали только один залп по "лапотникам". Зато какой! Два "юнкерса" буквально рассыпались на части, один, дымя, заковылял было к дому, но тут же и свалился. Остальные прямо из круга, не переходя в пике, бросились наутек, по дороге кидая бомбы куда попало. Только "мессеры" не поддались панике-обрушились сверху на "илы" и "яки".

Арсений Борисович охватил всю картину боя, уже сближаясь с "мессерами". Вовсю жал на газ, чтобы поспеть вовремя. А "мессеры", видно, не заметили их с Тарасенко, понадеялись на легкую победу, увлеклись атакой. Потому что "илы", взмывая к "юнкерсам", потеряли скорость. И теперь сыпались вниз вразброд, подставляя "мессерам" хвосты. Конечно, у "горбатых" была и другая - своя - задача. Ее, наверно, тоже надо было выполнять. Однако Арсений Борисович мог только умом осудить их за то, что не сдержались, сердцем же восхищался поступком тяжелых, неуклюжих штурмовиков.

Он сразу понял: "якам" прикрытия надо бросаться навстречу "мессерам". Иначе фрицы посшибают "горбатых". И "яки" так и сделали-смело пошли на "мессеров" в лобовую.

А сам Арсений Борисович вместе с Тарасенко атаковал "мессеров" сверху сзади - из наиболее выгодной позиции. И с первого захода ему удалось сбить одного "мессера". Проскакивая мимо на большой скорости, он как-то непроизвольно уловил: на хвосте ведущего "яка" номер Лизы! Сразу сил словно прибавилось-он, наверно, круче, чем когда бы то ни было, развернулся для второй атаки. И быстро связал боем немецких истребителей.

Хотел уже крикнуть Лизе, чтобы догоняла своих подопечных "горбатых", но "мессеры" вышли из боя, скрывшись в облаках. Им так и не удалось ударить по штурмовикам.

Арсений Борисович ничего не сказал Лизе по радиотолько крыльями помахал на прощание. И она ему тем же ответила.

После посадки он сразу позвонил Михайлюку и распорядился, чтобы его "мессера" записали сбитым в группе на Лизу, Тарасенко и ведомого Лизы Соболева.

А вечером, оставшись вдвоем, похвалил Лизу за правильное решение идти "мессерам" навстречу. Но она посмотрела на него как-то странно сокрушенно, что ли? И сказала: "Вы с Тарасенко спасли нас, а ты меня теперь хвалишь?"

Истребители-разведчики обнаружили и донесли генералу Строеву: наши подвижные соединения вырвались на оперативный простор-уже расходятся веером на северо-запад, запад и юг от Донецко-Амвросиевки. И одна группа танков и мотопехоты идет к Анастасиевке и Екатериновке параллельно реке Мнус, только в тридцати километрах западнее. Чтобы не попасть в окружение, немцы уже покидают свой "неприступный Миус-фронт" - все эти долговременные железобетонные сооружения на высотах правого берега реки. Истребители-разведчики насчитали до трех тысяч немецких автомашин - они вытягивались колоннами по дорогам на Таганрог. Значит, командующий фронтом предвидел правильно: начался общий отход противника. Да, "битву на Калке" мы выиграли! ..

Только... до чего же душно в комнате! Арсений Борисович вышел на крыльцо. И - никакого облегчения.

Все та же духота. Еще и темно. Он сел на ступеньки. Постепенно глаза привыкли к темноте-стали видны белые звездочки цветов табака в палисаднике, да и запах донесся... Лиза любила их... И ничем ее не вернуть...

Вот для Лаврова, вероятно, еще можно что-то сделать.

Тот район, где он, по словам Тарасенко, приземлился с парашютом, уже освобожден. Всего неделя прошла - окрестные жители, наверно, еще могут вспомнить, рассказать, как это было... А если Лавров спрятался у них?

Послать туда кого-нибудь на машине? Но кого? Нельзя по-быстрому, как Горова, - поиски могут занять несколько суток... И надо бы летчика. А им не политдонесения передавать-драться. Хотя теперь, наверно, в боевых действиях наступит новая полоса. Начнется подготовка к перебазированию вперед, за наступающими войсками... И немецкая авиация сейчас будет перелетать в тыл-сократятся на время ее налеты. От дивизии потребуется меньше вылетов на прикрытие войск, изредка - на разведку... Капитан Леднев! Вот кого послать! Он вдумчив, не болтлив...

Генерал вызвал к себе капитана. Напомнил ему о неудачной атаке Лаврова на "раму", как было об этом рассказано в донесении Тарасенко. И-о неудачных поисках Лаврова в районе его предполагаемого приземления с парашютом. Объяснил, что теперь посылает капитана туда же (на автомашине и с двумя автоматчиками) в надежде если не найти самого Лаврова (хотя и это не исключено), то, во всяком случае, получить какие-нибудь сведения. Предупредил об опасности нарваться на мины-показал на карте проходы, проделанные саперами вдоль дороги от Матвеева Кургана, - сам наводил справки в штабе фронта. Наконец, сказал про странное открытие оружейников и заключил:

– Тарасенко докладывал устно и в донесении написал, будто огонь по "раме" вел только Лавров. Но в кого же тогда сам Тарасенко стрелял? И почему об этом даже не заикнулся? Скрыл умышленно или снебрежничал?

Полагаю, до вашего возвращения не надо требовать от Тарасенко никаких объяснений. Ваша главная задача - узнать все что можно о Лаврове. Однако, если попутно выяснится и непонятный расход боеприпасов на самолете Тарасенко, я буду очень рад. Не хочу плохо думать о человеке, который до сих пор такого отношения к себе ничем не заслужил. Я предупредил оружейников, чтобы не болтали про обнаруженную недостачу боекомплекта.