Хэдли не отметила на фото мужчину, поскольку с родителями обычно так не делали — что я знал по собственному опыту — но было очевидно, что он — ее отец.

— Дженворт, — сказал я Стражу. — Разузнай, что сможешь по этой фамилии. Особенно про отца Хэдли.

Я отправил ему по электронной почте фотографию этих двоих и захлопнул ноутбук.

— Куда ты? — спросил брат, нахмурившись.

— Поговорю с Хэдли.

Прежде чем он смог ответить, я махнул в его сторону рукой.

— Не об этом. Еще не хватало, чтобы она устроила побег, пока мы не видим всей картины. Просто постараюсь узнать у нее еще что-нибудь.

Святоша поднял взгляд от экрана.

— Пэйн чуть раньше прогулялся с ней по лесу.

— И? — нахмурился я.

— И привел назад. Она была недовольна.

— Что она искала? — потребовал я.

— Вероятно, пыталась бежать. Вместо этого нашла скотобойню.

— Если она не хочет возвращаться домой в свой уютный дворец, а ее Джуниора больше нет, то чего, черт возьми, она добивается? Куда она собирается бежать? — нахмурившись, стал я размышлять вслух.

Страж пожал плечами.

— К Патнэму?

От этой мысли в жилах застыла кровь. Нет, она не могла быть предана этому куску дерьма. Но если так, я никак не смогу ее отпустить, поскольку тогда Хэдли побежит прямиком к нему, чтобы снабдить информацией о моем клубе и том, чем мы тут занимались.

Мне точно нужно было с ней поговорить.

— Соберите информацию, расскажите за ужином, — сказал я им, а потом вышел из конференц-зала.

Осматриваясь, я пошел по коридорам.

Нужно было найти Хэдли.

Или Николетт Дженворт.

Из кухни доносилось множество голосов. Очевидно, все собрались там и обсуждали день благодарения, который должен состояться через пару дней. Когда я заглянул за угол, то увидел, что Хэдли сидела в кресле и хмуро смотрела на всех, пока они что-то резали и смеялись. Наши с ней взгляды встретились, и Хэдли выпрямилась.

Я кивнул ей, прося последовать за мной. К моему удивлению, она так и сделала. Мы прошли через весь дом к ее комнате. Хэдли с подозрением смотрела на меня, когда я сперва сел к ней на кровать, а потом и откинулся на спину.

— Чего ты хочешь? — спросила она с обидой в голосе.

Я с минуту изучал ее. Девушка-загадка. Она ненавидела меня и это место, но прошлой ночью молила о моем члене и ласке. Утверждала, что любила Джуниора, а потом хвасталась, что сосала член его отца. Отказывалась называть свое имя, хотя явно была богата и привыкла к роскоши.

— Иди сюда, — слова вышли грубыми и повелительными.

Хэдли раздраженно выдохнула, но затем подошла к кровати и подползла ко мне. Притянув ее к себе, я запустил пальцы в шелковистые каштановые волосы. Сперва она была напряжена, но вскоре стала расслабляться и положила ладонь мне на грудь.

— Ты сбиваешь меня с толку, — пробормотала Хэдли. — То горячий, то холодный.

— «Горячее» нам нельзя.

Она подняла голову и посмотрела на меня.

— Почему? Из-за того, что мне только восемнадцать? Ты же байкер, черт бы тебя подрал. Ты вне закона.

Обхватив ее бедро, я притянул его к своему паху. Пальцы стали гладить нежную обнаженную кожу, а потом я проскользил к задней стороне бедра и забрался под джинсовую ткань шорт. У Хэдли перехватило дыхание.

— Я не обязан ничего объяснять, — пробормотал я, прижав ее ногу к своему члену и приподняв свои бедра.

Хэдли вырвалась из объятий и забралась на меня верхом, а потом уперлась ладонями в мою грудь и стала покачивать бедрами. Принялась тереться о мой член через одежду, как чертова профессионалка. Эта девушка станет моей погибелью.

— Я не намерен тебя трахать, — произнес я. — Никогда.

В глазах Хэдли вспыхнула обида, но все же решимость взяла верх.

— Посмотрим.

— Ты ошивалась возле Патнэма и его сына.

Она медленно стала вращать бедрами.

— Почему он враг?

Проигнорировав ее вопрос, я толкнулся к ней бедрами, отчего Хэдли застонала. А когда она стянула футболку, я и сам не сдержал стона, скользя взглядом по ее обнаженной плоти. Черный бюстгальтер казался бесполезным, поскольку грудь почти вываливалась из чашечек. Подняв руки, я оттянул ткань вниз, чтобы посмотреть на соски. Миниатюрные, красноватые и затвердевшие. Я провел большим пальцем по одному из них, и Хэдли резко втянула в легкие воздух.

— Я думала, ты не собираешься меня трахать, — простонала она, став тереться усерднее.