– Я слышу в твоём голосе интонации издевки, – отметила Жанна. – У нас могут возникнуть междоусобные проблемы?

– А она мне нравится! – рассмеялся де Виньоль. – Определённо нравится!

– Всё ещё не слышу ответа, – напряглась Жанна.

– У нас уже есть междоусобные проблемы, – посерьёзнел де Виньоль. – Я не буду подчиняться бабе.

– Господа, никто не против, если мы с господином де Виньолем выйдем и решим наши проблемы как воин с воином? – обратилась Жанна к присутствующим.

– О, я наслышан о том, как вы одолели дона Матиаса, – нахмурился Орлеанский ублюдок. – Ла Гир, не связывайся, если хочешь сохранить честь и здоровье. Она, как-никак, посланник Божий, а Бог едва ли повторит свою ошибку и отправит другого посланника беззащитным.

– Не богохульствуйте! – вскипела Жанна. – Бог никогда не ошибается! Извинитесь или станете следующим, после господина де Виньоля.

– Да хоть тысячу раз посланник хоть самого дьявола! – решил ответить де Виньоль. – Я не буду ходить под началом бабы!

– Это последняя капля, – Жанна изрядно разозлилась. – Я вызываю вас двоих на поединки чести, одного за другим. Моя победа – ваше беспрекословное подчинение, моё поражение – можете не слушать меня и игнорировать любые мои приказы. Бой на тренировочных мечах, без брони, до тех пор, пока на ногах останется только один.

– Вот это мне нравится! – де Виньоль посмотрел на Жанну с оттенком уважения во взгляде. – Глупая, наивная, но умеет зарабатывать авторитет так, как я люблю!

Жанна разоблачилась и сложила броню на столе.

– Жду вас двоих во дворе, – бросила она и направилась к выходу.

На улице она подозвала Жана де Олона, ошивающегося поблизости от кухни. Видимо, проголодался.

– Найди мне два тяжёлых тренировочных меча из дерева, – велела она ему. – И побыстрее.

«Жанна, ты начинаешь жестить», – предупредил её меч. – «Это же знатные люди, Орлеанский ублюдок так вообще в будущем графом станет… Если, конечно, не покончит сегодня жизнь самоубийством от позора избиения на первый взгляд хрупкой девочкой».

Жанна не пренебрегала физическими тренировками, уделяя им минимум по два с половиной часа в день, даже во время привалов на ночлег.

Выносливости у неё на троих взрослых мужиков, так как физическую базу ей ставили лучшие специалисты по физической культуре, имеющие многовековой опыт развития различных конституционных типов людей.

Ла Гир вышел из ратуши как-то отвлечённо улыбаясь.

– Не спорю, ты могла победить какого-то испанишку, – произнёс он. – Но этот дон Матиас никогда не рисковал связываться со мной!

Вместе с Жаном де Олоном, отправленным за оружием, прибыло четыре десятка других рыцарей из её личной армии.

– О, а вот и он! – опознал Ла Гир дона Матиаса, прибывшего с ними.

– Де Олон, ты будешь распорядителем дуэли, – велела Жанна.

Она пристально смотрела на Ла Гира, который ввиду близкой схватки как-то подобрался, сконцентрировался и с его лица сошла эта неопределённая улыбка. Как понимала девочка, он уже «срисовал» её движения, которые невольно выдают в ней мастера меча.

– Да начнётся поединок! – произнёс де Олон инициирующую фразу, когда оба дуэлянта были готовы.

Жанна начала атаку первой. Серия обманных движений мечом и болезненный удар Ла Гиру по черепу. Тот явно ожидал чего-то другого, с чего обычно начинают поединки, но Жанна не из этих краёв и совсем не рыцарь.

Из рассечённого лба неистового воина потекла густая кровь, залившая глаза.

Яростно заревев, Ла Гир замахал мечом, рассчитывая зацепить Жанну ударом по площади. Но та банально отошла на несколько шагов назад и дождалась когда временно дезориентированный противник уведёт меч слишком далеко.

Град ударов по плечам, а затем несколько дозированных колющих по шее. Никто не устоит от такого, поэтому Ла Гир упал и закорчился.

Филигранно владея мечом, Жанна попадала ровно туда, куда хотела, поэтому она смогла попасть Ла Гиру по кадыку, что временно перекрыло ему кислород.

– Лежачих на поединках не бью, – сообщила Жанна окружающим. – Но если он сможет встать, поединок продолжится, я разрешаю. Господин де Дюнуа, вы следующий.

– Я, признаться, не успел сказать и слова, – заулыбался Орлеанский ублюдок. – Я приношу свои извинения за произнесённые по неосторожности богохульные слова.