Я влетела на поляну стрелой, ожидая встретить толпу светловолосых красавцев, однако там не было никого. Не давая себе времени успокоить сбившееся дыхание, принялась выправлять ослабевшую защиту. Руки выплетали в воздухе кружева, а в голове билась мысль: «Только бы успеть!».

Утренняя тишина давила на виски, будто старый замшелый валун. При этом запах мертвечины почему-то становился сильнее, и это здорово меня нервировало.

Заделав последнюю брешь, я устало потерла виски и уже собиралась отправиться в обратный путь, как спину обжег чей-то пристальный взгляд. Обернулась — и похолодела от ужаса. Позади меня стоял Никодим. Самым страшным было то, что мужчина находился рядом с деревьями, то есть за гранью волшебного контура.

Великий Боже! Выходит, я все-таки опоздала. Граница ослабла настолько, что ОН сумел преодолеть защиту и вырваться на свободу.

Судорожно вздохнула.

Наверное, прятался в кустах и посмеивался, глядя, как я укрепляю обрушенные рубежи.

— Здравствуй, Вилена, — прошелестел Никодим. — Наконец-то ты пришла, моя радость. Тебя так долго не было, что я соскучился и решил наведаться в гости сам.

ОН улыбнулся, обнажив два ряда белоснежных зубов, острых, как бритва. Я невольно попятилась.

— Ты один? — спросила хриплым от волнения голосом.

— Один, — охотно ответил мужчина. — Но это пока. Остальные тоже с удовольствием засвидетельствуют свое почтение. Ты ужасно невнимательна, моя нежность. Разве Эдита не учила тебя: перед тем, как запирать замки, нужно убедиться, что все заключенные находятся в темнице.

ОН сделал шаг вперед. Мне пришлось приложить все свои силы, чтобы остаться на месте.

— Я не сниму контур, Никодим.

— И не надо, — ОН невозмутимо пожал плечами. — Я уничтожу его сам. Твоя помощь мне не нужна. С этой стороны границы я гораздо сильнее, чем с той. Знаешь, я бы обрушил ее раньше, но решил дождаться тебя.

— Зачем?

— Соскучился. Я же сказал.

ЕГО движения были похожи на дуновение ветра. Мгновение — и Никодим оказался возле меня. Я же едва не задохнулась от смрада, окутавшего нас плотным прозрачным покровом. Хотела отскочить в сторону, но с ужасом поняла, что не могу двинуться с места.

— Ты так сладко пахнешь, Вилена, — прошептал Никодим. — О… Сегодня нас снова ждет королевская трапеза. И ты будешь на ней главным блюдом.

ОН выбросил вперед руку и схватил меня за горло. Однако холодная ладонь лишь скользнула по моей коже — пальцы мужчины вдруг ослабли, глаза вылезли из орбит, а из горла вырвался тихий вздох. После этого Никодим покачнулся и упал на траву, открывая моему взгляду пронзивший ЕГО длинный клинок.

Подняла глаза и встретилась с шоколадным взором отца инквизитора. Антоний был бледен, как полотно. Вместо сутаны на нем был надет черный костюм, чем-то напоминающий охотничий, а к поясу прикреплены ножны.

Церковник подошел ближе и выдернул меч из спины Никодима. Труп тут же вспыхнул золотистыми искрами, а потом рассыпался пеплом. Одновременно с этим исчезла сковавшая меня сила, и я, как подкошенная, рухнула на колени.

— Вилена?.. — Антоний в два шага подскочил ко мне, приобнял за плечи, не давая растянуться на земле. — Как вы? Он вас поранил?

Меня хватило только на то, чтобы покачать головой.

— Кто это был, Вилена? Что это за существо?

Я бросила взгляд на примятую траву, где только что лежал Никодим, и мое тело начала бить крупная дрожь. Я схватила своего спасителя за плечи, стиснула что было сил.

— Что вы наделали! — просипела, глядя ему в глаза. — ОНИ же почувствуют, что их сородич мертв, и захотят отомстить!

— Кто — они, Вилена?

— Эльфы, — выдохнула я.

Антоний посмотрел в сторону зеленого холма, а потом подхватил меня на руки и неожиданно быстро помчался с поляны прочь. Я спрятала лицо у него на груди и вцепилась в его одежду так крепко, будто от этого зависела моя жизнь.

Во двор нашего с бабушкой дома мы влетели с такой скоростью, будто за нами гнались все демоны ада.

— Закройте аптеку и оправьте кого-нибудь за отцом Стефаном, — скомандовал инквизитор выскочившей ему навстречу бабуле.

Та подчинилась беспрекословно.

Войдя в дом, Антоний попытался пересадить меня в кресло, однако понял, что выпускать его куртку из рук я не намерена, и уселся в него вместе со мной.

Мы провели так почти двадцать минут — я тихонько всхлипывала ему в грудь, а он обнимал меня и нежно гладил по голове.

Боже, какая же я трусиха!

Мне следовало остаться на поляне. Следовало вырваться из рук церковника и лицом к лицу встретить разъяренных монстров. Разве не к этому меня готовили всю жизнь? Но, святые небеса, если бы в тот момент я снова увидела кого-нибудь из НИХ, то умерла бы на месте.

Немного успокоившись, все-таки перетекла на стоявший рядом диванчик — как раз к приходу бабушки и священника.

— Рассказывайте, — строго потребовал инквизитор, когда все были в сборе.

— О чем? — спросил отец Стефан, с беспокойством поглядывая в мою сторону.