Признаваться в том, что я, по всей видимости, надорвался, о чем меня неоднократно предупреждал Осиор, я не стал. Но что делать?

Амулеты буквально валились из рук, спать не хотелось, да и от еды я отказался, запершись у себя, наверху. Учитель меня особо не донимал — дал отдохнуть и от учебы, и от дел по хозяйству. За ночь же у меня созрел план.

Под предлогом прогулки я выскользнул в город. Мне нужен инструмент, что–нибудь тяжелое и сподручное. Идти на пляж искать палку не хотелось, так что я отправился по кузням — занять молоток или кувалду для моих опытов, ведь я прекрасно помнил, как вели себя мои щиты Ур под ударами словоохотливого палача, что пытался добраться до меня в бандитских застенках.

В первой кузне мне отказали — свободного инструмента не было, а вот во второй, ближе к южной оконечности города, я встретил давнего знакомца. Того самого подмастерье, что пытался вломить мне на танцах.

— Чего тебе? — зло бросил помощник кузнеца.

Формальных причин грубить мне у него не было, как и гнать со двора кузни. Мало ли я пришел сделать заказ к его учителю? Тем более, по городу уже пошли слухи, что новый гарнизонный маг, в отличие от Ракона, активно занимается изготовлением амулетов. Да и ученика к этому делу приспособил, так что тут я мог быть с вполне понятным заказом на медные пластинки или другие грубые типы оправ под дешевые «безделицы», как называл одноразовые амулеты сам Осиор.

— Я по делу, — огорчил я подмастерье, глядя на этого бычару снизу вверх.

— Кого там принесло?! — послышалось из недр кузни, после чего во двор, в широком кожаном фартуке, вышел и сам кузнец.

Было у него и парня какое–то сходство. Возможно, дальние родственники. Схожие фигуры, походка, чуть совпадающие грубые черты лица. Или же просто к кузнечному ремеслу были расположены только определенного физического склада люди.

— Это кто у нас? Ученик мага? — спросил кузнец, бросая вопросительный взгляд на подмастерье. — Эй, Ваал, я тебя спрашиваю! Ученик это?!

— Да, я ученик господина Осиора, — вклинился я, приходя на помощь густо краснеющему парню.

Кузнец еще раз окинул меня взглядом, сверху вниз, после чего заливисто расхохотался.

— Ваал, я когда твоей мамке с батей расскажу, что тебя вот этот на зад посадил!.. — и тут же осекся. — Не подумайте, ученик господина магика, просто у себя на селе он, значит, главный драчун был, девки за ним бегали тут, а получается!..

Я только криво улыбнулся, наблюдая за унижением подмастерья. В какой–то момент мне показалось, что Ваала сейчас хватит удар — так вздулась вена у него на виске и шее, так что я решил чуть смягчить для него грядущий позор. При этом же и врать не придется — все же слава борца с кузнецами и их учениками мне была ни к чему. Я это четко усвоил еще от Финна: будешь много болтать, или если станут болтать про тебя, моментально выстроится очередь из желающих проверить правдивость этих разговоров. А без конца бегать от многочисленных подмастерьев, для которых станет вызовом — поставить мне фингал, а то и сразу два — я не собирался. Так что пока кузнец еще не отсмеялся, я сказал:

— На самом деле, уважаемый мастер, ошибка Ваала была лишь в том, что он не учел, насколько он сильнее меня, — начал я, после чего на меня уставились две пары непонимающих глаз. — А это значило, что у меня был только один шанс уйти целым — уйти победителем. А значит, пришлось бить первым, да сразу так, как бить–то в обычной драке не принято…

На этих моих словах кузнец посуровел, внимательно глядя то на меня, то на Ваала, который сейчас стал вовсе пунцовым, категорически не понимая, что происходит.

— Ты, ученик, чего вообще пришел? Звать–то как? — спросил кузнец.

— Рей, мастер, Реем звать. А пришел я у вас молоток попросить на время, или же кувалду, что без дела лежит, — сказал я и, видя удивление кузнеца, сразу же добавил. — Я и залог оставить могу или рунами инструмент укрепить! Мне для учебы нужно, проверить кой–чего…

— И что проверять будешь? Еще попортишь! Молот–то добрый знаешь сколько стоит! — завелся мужчина.

— Ничего такого! Просто пару раз по щитам всадить, да и все. Можно даже прямо тут, на дворе! Я сейчас обучаюсь тонкому колдовству, чтобы, значит, правильно силы расходовать. Чтобы как можно бойцов закрыть щитами от стрел, да так, чтобы на всех хватило, я же может в гарнизон потом служить пойду, как мой учитель в столицу вернется… Он же тут из–за бури прислан был, не навсегда, — начал я врать, да так складно, будто бы за меня говорил сам Осиор.

Но ничего дурного в этом не было — я считал свое стремление походить на учителя во всем, в чем возможно — единственно правильным путем. Осиор был для меня примером и если он умел врать или недоговаривать другим, то и я должен. Мне необходимо проверить щиты! А если бы это был не кулак, а клинок или меч? Или копье? Что тогда?

— Укрепишь молот, говоришь? А именно тот, которым бить собрался или же как–то иначе… — начал кузнец.

Укрепление кузнечного инструмента — немалых денег услуга. Большинство мастеров стараются найти мага, который бы наложил пять–десять рун Ур на молоты и наковальни, щедро платя колдунам. Потому что тогда одного инструмента может хватить на пяток или десяток лет, а если маг был достаточно сильным, то такой молот может прослужить и нескольким поколениям, если с ним будут нормально обращаться.

— Какой скажете, такой и укреплю. Пару печатей сразу, а потом еще загляну, — включился я в торги.

— Вот как, — хмыкнул мастер. — Ну, тогда согласен. Есть у меня любимый молот, очень рукоять у него удачная как по мне… Сейчас принесу тебе инструмент, Рей, а этот — он кивнул на Ваала, — подсобит, коли надо будет. Только испытывай тут сразу, инструмента лишнего у меня нет… Вон там, у угольной кучи есть место укромное для обучения твоего. Пойдет?

— Пойдет, — согласился я.

Через пару минут кузнец вернулся с двумя молотами. Один старый, на короткой, блестящей от постоянного использования рукояти, и второй, на мой неискушенный взгляд — как две капли воды похожий на первый. Вот только один — любимый инструмент кузнеца, а второй — пылится без дела, судя по словам самого кузнеца.