Ваал помог мне дотащить оба инструмента к угольной куче, а потом, став с опаской немного в сторонке, стал наблюдать за тем, как я неловко машу кувалдой по свежесозданным щитам Ур. Сначала подмастерье вздрагивал каждый раз, когда по двору прокатывалась оранжевая вспышка от соприкосновения металла и магического щита, но довольно быстро он освоился, а потом и начал задавать вопросы.

— Так что, тебе щит надо пробить? Он же магический! — удивлялся парень.

— Мне надо понять, насколько слабым он должен быть, что я мог пробить его кувалдой, — ответил я, тяжело дыша.

В следующий момент я занес молот над головой, но тяжелый инструмент буквально вывернулся из рук и чуть не упал мне на ногу. Плечи от непривычных нагрузок гудели, стало сказываться и колдовство, что я творил вместе с учителем на пляже.

— Слушай, может хочешь попробовать? — спросил я тихо стоящего в сторонке Ваала, задача которого, как я понял, была в слежке за мной и инструментом, чтобы у молотов не выросли ноги.

— А можно? — неуверенно спросил подмастерье.

От того пьяного и агрессивного задиры, который пытался пробить мне сапогом в лицо, не осталось и следа. Сейчас я предлагал парню прикоснуться к магии, точнее, попробовать свою силушку в деле разрушения щитов. Какой молодой удалец откажется?

— Можно, — ответил я, — тем более, я хочу кое–чего попробовать…

Печати разбивать не получалось. Я помнил, каких примерно размеров был щит Ур, и, колдуя такие же, даже с полупустым энергетическим контуром, чтобы истончить защиту, пробить у меня его не получалось. А рабыня сделала это голыми руками. Может, дело было в том, что я воспользовался дикой печатью? Но махать одновременно молотом и сдерживать себя от того, чтобы вливать в дикую Ур столько сил, сколько хочется… Нет, не вариант.

Так что довольно быстро Ваал стал моим ассистентом. И если первый удар он нанес с опаской, то уже минуты через две будущий кузнец весьма профессионально обрушивал удары молотом по чуть наклоненной защите, которую я по его просьбе сотворил на уровне обычно наковальни.

— Интересно! — воскликнул кузнец после очередного удара.

— Что такое? — сейчас я раз за разом призывал дикую руну Ур, делая вид, что при этом колдую оранжевые печати.

— А знаешь, магические щиты, они одновременно и как горячее железо, и как наковальня… Сначала молот будто увязает в нем, а потом — магия толкает обратно! Очень странно… — объяснил Ваал, занося болот над плечом и ожидая моей команды на удар.

Провозились мы почти час — но так у меня ничего и не вышло. С одного удара даже подмастерье кузнеца — здоровенный лоб — не смог пробить мою самую хлипкую защиту. Получалось разломить щит только на второй или третий удар молотом, да и то, оранжевая преграда просто рассыпалась в воздухе мелкими осколками магической энергии, растворяясь в воздухе. И вспышка всегда была чисто оранжевой.

А потом пришел кузнец и потребовал вернуть ему работника. Впрочем, я и сам уже умаялся, а вот Ваал выглядел свежим и полным сил. Под присмотром мастера и его ученика я, как и договаривались, наложил несколько укрепляющих печатей на молот, а потом договорился, что зайду на неделе — закончить колдовство.

— Слушай, Рей… Ты это, ну там, на танцах. Это ж всегда так, когда кто–то новенький приходит, проверить значит надо, кто таков, что может… А ты еще и ученик господина Осиора, значит, да с Мартой пришел… — начал подбирать слова Ваал, провожая меня с кузнечного двора, а у меня от упоминания бывшей подруги вспыхнуло лицо, — но и ты лиху дал! Я ж думал там, поборемся на руках или так, в грудь пару ударов. Я ж не дурак, понимаю, что убить кого могу, если перестараюсь… Мне мастер вообще говорит, что если узнает, что я первый кого в голову ударил, так потом об хребет молот сломает — проучит, чтобы руки не распускал…

Я внимательно посмотрел на здоровяка. Вроде бы, на самом деле злым он не был. Сейчас, на работе, трезвый, в кожаном фартуке, что защищает от жара и искр, он выглядел вполне приличным человеком. Да и говорил правильные вещи.

— Да ладно, понятно все это, мне потом учитель объяснил… — ответил я парню, — ты тоже пойми, я же на улице рос, у нас если драка какая была — то насмерть. Мне вот в последнюю стычку с Дамаром грозились шилом уши пробить, за то, что на этот берег ходили…

— Это тот, что с рожей рябой ходит?

— Да, он самый.

— Злобная скотина, видал его.

— Ага. Вот я и испугался. Ты ж здоровый, как бык!

От этих слов подмастерье чуть потупился. А мне что? Правду говорить легко. Габариты Ваала меня на самом деле пугали, и тогда, и сейчас. Скрутит в бараний рог и не заметит.

— Нога как, кстати? — спросил я.

— А, мы там ограду для Агамы чинили по осени, подлатала меня она, — махнул рукой Ваал. — Да и мастер сказал, наука будет, магиков задирать. Короче, нормально все?