Шрифт:
Да как он посмел в приказном порядке обращаться к Осиору, магу пояса погоды? И что тут вообще происходит?
Но будто опытный ныряльщик за жемчугом, что чувствует подводные течения и завихрения, на этот раз мой наставник придержал коней и сделал шаг в сторону.
Четверка стражников, в двух из которых я узнал тех, что тащили носилки, бросилась вперед, повалив застывшую в ступоре девушку на пол и заламывая ей руки за спиной.
— Что тут происходит?! — холодно спросил мой наставник, глядя на возню, что развернулась посреди его дома.
— О! Сейчас все узнаете! — мерзко улыбаясь, сообщил управ. — Вот этот благородный и уважаемый в нашем городе человек, господин Абаран, подал официальную жалобу на присвоение своего имущества. Вами, господин Осиор! Вами!
Поясной маг бросил косой взгляд на меня, застывшего на лестнице, но я только качнул головой. Конечно же, я ничего не брал у этого работорговца, кроме как оплату за печати, что накладывал на рабынь и их детей для кибашамцев! Да и зачем мне это?!
Неведомо как, но все это Осиор понял по одному лишь моему жесту, а после ответил:
— Не имею представления, о каком имуществе идет речь, господин управ.
Я хорошо знал своего учителя и сейчас я чувствовал — поясной маг лжет. Уверенно, умело, но лжет. Он уже понял, о чем речь. Имущество работорговца прямо сейчас шипит и отбивается, пытаясь сбросить с себя сразу четверых стражей.
— У меня есть свидетели! Люди на службе были! — вскрикнул Абаран, брызжа слюной. — Эта черномазая тварь, что покалечила пару моих ребят! Одному откусила ухо, а второму два пальца!
Работорговец осекся под тяжелым взглядом Осиора, я же догадался, при каких обстоятельствах зубы раба могут оказаться рядом с ухом или пальцами надзирателя, что обычно держат дистанцию в один–два удара короткой плетью. Чтобы не попасть вот в такие ситуации.
— Вы про девушку, что мой ученик спас на пляже? — изобразил удивление Осиор. — Знаете, мы не успели с ней пообщаться, но я уверен, произошла какая–то ошибка! Я слышал, пару дней назад у наших берегов потонул корабль из Восточной Пресии, так что глядя на внешний вид девицы я сделал понятные выводы…
«Как врет!», — восхищенно подумал я.
Сейчас моего учителя сверлили взглядами две пары глаз, а у него даже ни один мускул на лице не дрогнул. Идеальная выдержка!
— Очень интересная история, господин Осиор… Но мы намерены арестовать вашу гостью, которую господин Абаран заочно опознал как свою собственность…
— Она! Точно она, тварь! За все ответишь! — подвывал Абаран.
Но чиновник говорить при этом не перестал.
— Кроме того, сейчас активно ведется следствие, мы выявляем зачинщиков бунта и тех, кто нанес травмы жителям города и страже, вы же сами видели, что творилось… Так что я вынужден…
Управ перестал бормотать и, оторвав взгляд от пола перед собой, посмотрел в глаза моему учителю. Как же зря он это сделал! Даже стоя за спиной Осиора я понимал, насколько жутко сейчас выглядел мой наставник. Особенно зная, на что он способен в магическом плане. С другой стороны, простолюдинов оберегал Устав, до ближайших дознавателей Круга многие дни пути, да и маловероятно, что в первый раз к моему учителю будут применены серьезные санкции… Но тут достаточно просто понимать потенциал возможных неприятностей — не обязательно сталкиваться с ними лицом к лицу.
— Я буду вынужден, — повторил управ, прокашливаясь, — утверждать, что вы по собственному заблуждению укрыли беглую рабыню, приняв ее за вольного человека, господин Осиор! Обман, кругом обман! Вы же привыкли вести дела с порядочными людьми в форту и управе, а рабы, вы же понимаете… Животные, не более…
В коридоре повисла тишина.
— Убирайтесь, — прошипел Осиор, да так, что у меня волосы на затылке встали дыбом.
— Я попрошу вас позже зайти в управу… — пробормотал чиновник. — Надо подписать протоколы…
— Я зайду, будьте уверены, — ответил мой наставник, а после указал рукой с зажатой в ней булкой на дверь.
От этой фразы все присутствующие — в том числе и я, и даже Ирман, который, как оказалось, тихо наблюдал за происходящим из кухни, — вжали головы в плечи. Только спасенная нами, а теперь сданная в руки властей рабыня трепыхалась на полу, пытаясь сбросить с себя стражников, что держали ей руки и ноги.
Когда четверка выволокла из дома связанную по рукам и ногам девицу, а за ними удалился и управ с работорговцем, учитель обратился ко мне:
— Ты как? Нормально?
— Вроде да… — неуверенно ответил я.
Еще с четверть часа после того, как рабыню увели из дома под отборную брань Абарана и попутные извинения управа перед Осиором, перед глазами прыгали черные мошки — верные спутники магического истощения. Говорить о произошедшем не хотелось, так что я поднялся в свою комнату. Судя по словам управа о бунтовщиках и зачинщиках, девушку ждала как минимум виселица.
А еще меня удивило то, что рабыню так легко скрутили, ведь мне–то она рукой щиты проломила! Пусть я и был истощен после бесконечного колдовства в скалах.