Я сбежал вниз отыскал тёзку и сообщил, что мы должны доставить сюда человека, который меня сопровождает. Михаил возражать не стал: кликнул ещё одного дружинника, и мы втроём отправились в город. Правда, меня предупредили, что без крайней необходимости территорию лучше не покидать, чтобы мои враги не узнали, где я.

Вернулись вместе с Лизой через полтора часа. Она всю дорогу пыталась выведать у меня, в чём дело, но я сказал, что вопросы потом.

Лишь за ужином мы смогли поговорить о событиях дня минувшего. Мы сидели на втором этаже за круглым столом. Охранявшие меня шестеро дружинников ели в низу, там же и ночевали. Слуги жили во флигеле неподалёку.

К ужину я облачился в мягкий костюм, не стесняющий движения. Он был мне почти по размеру. Лиза оделась в домашнее платье свободного покроя – по моей просьбе предоставили всё необходимое. А ещё я сказал дружинникам, что надо забрать вещи с постоялого двора, но предупредил, что за местом тем могут вести наблюдение. Михаил обещал уладить этот вопрос.

Пока ужинали, Лиза узнала об очередной моей встрече с Крыловым, о том, что он как-то связан с Советом, и о том, как меня спасла дружина Басмановых.

– Вот же сволочь, это Крылов, – нахмурилась Лиза и так резко поставила чашку на блюдце, что чай расплескался. – И долго он нас будет преследовать? Его точно никак нельзя убить?

– Сложно сказать, – пожал я плечами. – Так просто он от меня не отстанет. Я ему нужен. Он хочет стать сильнее, поглотив мою энергию, и я пока не знаю, как с ним бороться. Так что расслабляться нельзя. Если он узнает наше местонахождение, шестеро дружинников его не остановят.

– А дальше что? Что делать будем? Зачем ты понадобился Басмановым?

– Надеюсь, в ближайшее время они расскажут, зачем. А что дальше? Прежде всего, я должен отправить письмо нашим в Муроме, затем надо дождаться заседания Совета – это сейчас самое главное. Потом попробуем обжаловать решение о твоём изгнании. А дальше видно будет.

Лиза внезапно помрачнела.

– Скажи... – неуверенно начала она. – А если... Если не получится обжаловать? Что тогда мы... что ты тогда будешь делать?

Это был первый раз, когда она спросила прямо, и было видно, что Лиза боится получить ответ. Она пристально уставилась на меня, и мне показалось, что одно неосторожное слово – и между нами развернется пропасть. Если Лиза сейчас обидится, то это навсегда. И привести это может к самым ужасным последствиям, как для меня, так и остальных моих товарищей.

– Двери моего дома всегда открыты для тебя, – сказал я.

– И только? – пристальный взгляд пронзал ножом.

– Ты же сама понимаешь...

Воцарилась пауза.

– Да, понимаю, – вздохнула Лиза. – Мне теперь ничего не светит. Я теперь никто. И всё из-за моей проклятой родни. Был бы жив папенька, он бы такого не допустил.

– Ты говорила, что у вас отношения были не очень хорошими.

– Всё равно не допустил бы, чтобы его дочь стала простолюдинкой. Моя тётка совсем с ума сошла. Ханжа и дрянь. Она всегда была такой.

– Я сожалею о том, что случилось с твоим отцом, – сказал я. – Я не хотел его убивать, но он сам пришёл – ты же знаешь. Я защищал свою жизнь.

– Знаю, – буркнула Лиза.

Я пытался угадать её мысли, и не мог. За всё наше путешествие Лиза ни разу заводила разговор об отце. А сейчас завела. Зачем? Она всё-таки обиделась? И что дальше? Страшно подумать, к чему это может привести.

Лиза встала из-за стола и удалилась в свою спальню. А я, угнетаемый мрачными мыслями, пошёл к себе. Я понял одно: если Лиза захочет меня сдать полиции, мне придётся её убить. Слишком много стояло сейчас на кону. Только не опоздать бы...

Но стоило мне погасить свет и плюхнуться в мягкие перины, как дверь скрипнула, и в комнату призраком скользнула фигура в белой ночнушке. Не церемонясь, она забралась ко мне под одеяло. Девушка прижалась ко мне и обвила руками мою шею.

– Я думал, ты обижаешься, – сказал я.

– Мне просто грустно, – ответила Лиза, – я так расстроена случившимся. Но ты можешь немного облегчить мою печать.

– Ну что ж, – я откинул прядь волос с её личика, – это я действительно могу.

*

На следующий день после завтрака меня, наконец-то навестили Басмановы.

Явились двое. Один – упитанный мужчина средних лет со светлыми зачёсанными на бок волосами. Звали его Константин Николаевич, и он занимал должность воеводы рода. Второму на вид было лет пятьдесят. Он был слегка худощав, обладал грубыми чертами лица и длинными завитыми вверх усами. Этого звали Ярополк Андреевич, он служил секретарём первого отделения канцелярии его императорского величества, но сразу же оговорился, что здесь он как представитель рода Басмановых, а не в качестве должностного лица. Оба Басмановых, как и полагается, были одеты изысканно и со вкусом. Ярополк – в тёмно-зелёный бархатный сюртук, под которым виднелась расшитая позолотой жилетка, сюртук воеводы был бардового цвета. На пальцах обоих блестели перстни.