— Ваш друг стройный, как девушка, — подозрительно спросил самый любопытный, наклоняясь к шее своей лошади и пытаясь все же заглянуть под края шляпы.

— Ну что вы, он просто молод, — Алекс старался отвечать вежливо, сохраняя приветливое выражение лица. — Я могу вам чем-то помочь?

— Нет, мы привыкли преодолевать трудности сами, — с вызовом заявил один из них, взмахнув в воздухе невидимой шпагой и, развернув лошадь, помчался прочь. Второй немного замешкался, перекинувшись еще парой фраз с Алесом.

Третий, стоявший ближе всех ко мне, якобы случайно выронил из рук поводья и вновь наклонился вниз. Налетевший порыв ветра чуть не сорвал с меня шляпу. Я встретилась с его прищуренным в усмешке взглядом, и он тут же выпрямился, с задором предложив:

— Думаю, мы и так слишком задержались. Все правила этикета соблюдены, не смеем мешать вам.

Второй согласно кивнул, и они умчались догонять своего друга. Алекс, проводив удаляющиеся фигуры взглядом, вновь возглавил нашу маленькую прогулку.

Поравнявшись с ним, я высказала свои опасения:

— С одним из них я знакома.

— Я заметил. Ты думаешь, он узнал тебя? — я кивнула. — Кто он?

— Лорд Эдвард Найт, похоже, мы с ним давно знакомы. Это плохо, да?

— Он не выдал тебя, думаю, и друзьям не проболтается, а позже навещу его. Моя прекрасная леди, надеюсь, это событие не испортит нашей прогулки?

От слов, что они встретятся, в груди все сжалось, ведь я скрыла, что виделась с ним несколько раз. В то же время сердце приятно екнуло от милого обращения ко мне.

— Нет, — это все, что я смогла выдавить из себя. Я знала, что выгляжу глупо, что по лицу можно прочитать, насколько я смущена словами, так легко слетевшими с его губ. — Называй меня по имени, пожалуйста, — на последнем слове голос предательски дрогнул.

Алекс проигнорировал мои слова, сделав вид, что не услышал просьбу.

— Куда мы едем? — наконец произнесла я с придыханием от быстрой скачки. Левая рука, вцепившаяся в седло, начинала ныть, а волосы, подвязанные лентой, растрепались, мешая. Столько тренировок, а мне по-прежнему не удавалось расслабиться, почувствовав себя наездницей, непринужденно держащейся в седле. Видимо, верховая езда — это не мое.

— Увидишь. Ты любишь природу?

— Она кругом, — я в растерянности от вопроса огляделась.

— Поля, леса, луга…

— Романтика, — подытожила я, натягивая поводья, получая несколько ощутимых пинков седлом в пятую точку, пока лошадь переходила на шаг.

Он улыбнулся, наблюдая за мной:

— Если хочешь, — Алекс подмигнул мне, заигрывая, я тут же отвернулась. — Просто иногда появляется желание подурачиться, выпустить на свободу эмоции. Скучаю по былым временам, тогда мы с Николасом и Еланой такое вытворяли… — сбросив темп, лошади пошли рысью, и голос стало слышно отчетливей, а говорить — проще.

— Ты предлагаешь побегать?… — у меня перед глазами появилась именно эта картина детского веселья, и я совершенно не ожидала, что Алекс с ней согласится.

— Угадала, — он был доволен, — можно поваляться в траве или на сене.

Я рассмеялась, приняв последние слова за шутку.

Небольшая извилистая дорога свернула в сторону от проезжей и запетляла между редкими деревцами, затерявшись в поле с ершиком скошенной травы. Дурачиться так дурачиться.

Я хлопнула Алекса по плечу:

— Догоняй! — и не оборачиваясь поскакала вперед.

И вновь незабываемые ощущения, яркой звездой зажегшиеся в день моего первого галопа. Лошадь словно взлетала, и я вместе с ней. Страх свалиться держал меня в седле, не давая ни малейшего шанса слететь кубарем. Лошадь касается земли, мощный толчок ногами, и вновь полет. Встречный ветер норовил скинуть с седла. Я пригнулась, почти ложась на спину животного, опираясь только на одни ноги, практически стоя на них.

С неба светила полная луна — ярко-желтая, похожая на блин. Она отбрасывала холодный свет, и трава окрашивалась синевой.

Вскоре мы спешились, отпустив лошадей и стали кружить меж разбросанных по полю снопов сена, играя в догонялки, точно маленькие дети. Алекс в очередной раз «заляпал» меня, и мы вновь начали петлять.

— Все, я устала! — выдохнула я, согнувшись пополам, тяжело дыша.

Он лениво подошел ближе и облокотился спиной о колючий сноп сена.

— Неужели тебе совсем не нравится Лилит? — произнесенные слова удивили даже меня, не думала, что вообще осмелюсь их озвучить.

Он прищурился и развернулся на девяносто градусов, оказавшись ко мне лицом: