Отослав Рею мысленный посыл быть осторожным и дождавшись от мужа клятвенного обещания «встретиться» сегодня после полуночи на скалистом острове, встряхнула русыми волосами и сосредоточилась на иллюзорной сове.

— Готова, мастер.

19. Расплата

Рейден прервал разговор с женой и, прикрыв глаза, попытался удержать дарованное эделлан исцеляющее тепло у сердца. Но налетевший из пустоши порыв без жалости обрушился в широкую драконью грудь, коварно смывая крохотную «искру».

С яростью сплюнул, оправил стоячий воротник и двинул в сторону городка в ледяной котловине.

Граница запретных территорий пролегала всего в тридцати лиирах к северо-западу — каких-то полдня пути. Воздух в здешних краях издревле был пропитан темной отрицательной энергией. Промерзшая земля стонала под гнётом многовекового нетающего снега. А деревца жалобно скрипели, словно жалуясь редкому путнику на терзающие их ледяные ветра.

Полчаса по скрипящему насту и ловец очутился на окраине Ярмира — на безлюдной улице с заледенелой дорогой. Ветер остервенело рванул собранные в хвост смольные волосы, пробрался под одежду, уколов кожу кристалликами льда, и с визгливым хохотом понесся дальше.

Проследил его направление, усилил ментальные и симпатические щиты и шагнул к зданию префектуры, что возвышалось над крышами домов на добрые два этажа.

Шел неторопливо, оценивая степень угроз.

Чувствовал занятых делами людей по ту сторону стен. Опознавал состояние по эмоциональному следу… печаль, радость, ненависть, раздражение. Для ловца эти ощущения осязаемы, словно он может их коснуться, пощупать, повертеть и «вложить» человеку обратно в душу.

Драконьи глаза блестели холодным, расчетливым золотом. Мысли были подчинены неоспоримой логике. Он кое-кого искал. Бывшего напарника. Или вернее — предателя раскрывшего Кассиану план пути беллатора, стараниями коего чуть позже, в том самом постоялом дворе (куда Рейден заехал переночевать) на него напали наёмники Рунольва.

… Протянутая к таверне поисковая нить внезапно затрепетала, давая понять: искомый «человек» определился.

Дракон-вампир прислушался, удовлетворенно рыкнул и без колебаний развернулся к крыльцу. Обветренную морозом кожу тот час обогрело тепло, а ноздри защекотали терпкие алкогольные ароматы.

Внутри таверны оказалось многолюдно.

В камине полыхали смолистые поленья, под потолком горели три лампы, но света не хватало. За столиками сидели вперемешку местные и приезжие. Между — метались низенькие разносчицы. Вдали за стойкой лысоватый хозяин ловко разливал по стаканам пенные взвары.

Рейден окинул беглым взглядом пропахшее табачным дымом помещение и зацепился за одинокую фигуру в дальнем углу. Тот сидел полубоком. Одной рукой сжимал опустошенную кружку, второй поигрывал ножом с рукоятью украшенной крупным рубином. Сам облачен в темную форму ловца северного отделения, коротко стрижен. На непроницаемом лице ни единой эмоции. Всем своим видом он демонстрировал горделивое превосходство, а заодно излучал столько смертоносной силы, что даже разносчицы старались обходить его по широкой дуге.

Хищник внутри напрягся. Издал предупреждающий рык.

«Вижу», — дракон-вампир плавно коснулся грудины, успокаивая зверя и попутно оценивая поставленную бывшим напарником тройную защиту. Надежное подспорье в виде иллюзорника сейчас бы не помешало. Впрочем, справиться в одиночку вполне по силам.

Застать императорского беллатора врасплох невозможно. Нанести удар со спины чревато смертельным магическим откатом. В случае вражды ловцы издревле прибегали к открытым поединкам. Таковы непреложные постулаты Кодекса братства.

Потому, не таясь, пересёк таверну наискось. Подхватил свободный стул и, перевернув спинкой вперед, подставил к столу бывшего напарника и сел на него «верхом».

— Здравствуй, Ивон.

Ловец-северянин вскинулся, крепче стискивая рукоять. Секунду разглядывал знакомое лицо и неверяще выдохнул:

— Орион?

В глазах Рейдена замерцали алые искорки:

— Не рад старому другу.

Ивон оценил витающую над гостем ауру смерти, заглянул в пылающие рубиновым светом ледяные глаза и… побелел:

— Создатели! Ты вампир?

— Понял, наконец.

— Как выбрался? Когда?

— Долго объяснять. — Орион холодно улыбнулся. Тьма, копившаяся в ладонях, набрала достаточную мощь и угрожающе заклубилась меж пальцев. — Лучше скажи, что такого Зар Аэно предложил, отчего ты не раздумывая, сдал напарника? Деньги? Положение? Женщин?

Ловец-северянин яростно сжал кулаки, опустил голову.

Вампир давил собственной силой, мощью, смертоносной магией. Выставленная Ивоном защита в прямом смысле трещала по швам.