— Я жду.

В следующий момент остро хрустнуло, раздался звон битого стекла. Собеседников осыпало серебристыми искрами. То разрушился первый защитный контур, окружавший Ивона.

— Ладно, — дернулся он. — Успокойся. Вокруг полно ни в чем не повинных людей. Отпустишь Тьму, ей будет безразлично, кого убивать.

— Так не давай мне повода.

Дракон-вампир сделал пасс, накрывая столик куполом молчания.

Осознав, что противник непревзойденный мастер по обращению с холодным оружием и блестящий воин-маг, завсегдатай таверны скрипнул зубами, осушил стакан одним глотком и признался:

— Знаешь, как тяжело изо дня в день видеть одни и те же ледяные пустоши? Ощущать смертоносную близость вечной мерзлоты? Уходить в дозоры и не иметь ни малейшего представления — вернешься ли из рейда живым?

— Конкретней. — Рейден нахмурился.

— Вампиры снова сильны. Лидеры чистокровных объединились в Совет Теней, чего прежде не случалось. Тебе самому прекрасно известно, насколько кровопийцы ревностно блюдут границы собственных владений, а тут… они объединились! И явно к чему-то готовятся. Чуть ли не каждую неделю атакуют форпост. Пробуют слабые места в обороне, оттачивают растерянные за годы вынужденного изгнания навыки. И… «пьют» нас, Орион. Мы постоянно кого-нибудь хороним. Видишь их, — напарник зло кивнул на веселящуюся толпу, — они живы только благодаря несущим тут службу ловцам. Но силы не безграничны. В столице упорно отказываются замечать посылаемые командирами предупреждения. Слышал, нынче генералы заинтересованы в большой войне с королевством людей. Мы им не интересны. Орден не присылает подкрепления, а те, кто здесь — сильно истощены. Магический фон на севере нулевой, подпитываться неоткуда. Еще немного и крепость падёт.

— Потому ты решил дать дёру.

— Да, — утробно рыкнул зверь Ивона изнутри, — я неоднократно отсылал командованию прошения о переводе, но их оставляли без рассмотрения. А потом на связь вышел Золотой генерал. Сам. Нас тогда срочно отозвали в столицу, дабы сопровождать твою сестру до границы, помнишь? Тут он. Предложил сделку. Мол, со временем добивается моего перевода на юг, а взамен просит оказать маленькую услугу.

— Слить мой путь от границы Шийана.

— Клянусь, я понятия не имел, что Зар Аэно посмеет тебя обратить. — Ивон нервно дернул кадыком, опуская глаза. — Это преступление против нашей природы. За такое грозит смертная казнь. Как только Императору донесут, Кассиана ничто не спасёт.

— Боюсь, смерти он страшится в последнюю очередь. — Вертикальные зрачки Рейдена опасно вибрировали, гипнотизируя собеседника. — А, ты, брат?

Беллатор отпрянул.

— Я?

— Готов ответить по всей строгости закона?

На лице Ивона не дрогнул ни один мускул. А вот удар оказался молниеносным. В воздухе мелькнула кисть, сжимающая оружие… Беззащитное горло Ориона обдало холодным ветерком. Благо, отточенные за годы службы реакции не подвели.

Вовремя уклонился.

А стоило тому предпринять новый удар, вокруг тела сгустилось плотное облако и с яростным шипением рванулось к агрессору. В Ивона выстрелили многочисленные сгустки Тьмы, оплели по рукам и ногам, вынуждая выронить нож, и сдавили до хруста костей, отчего из глотки ловца вырвался болезненный стон, перешедший в хрип.

Удар был такой силы, что мощного широкоплечего мужчину опрокинуло через голову и с силой уронило в стоящее в дальнем углу сломанное кресло.

Плечи северянина дрогнули и поникли. Его голову зафиксировали потоки темной магии, как и вскинувшиеся за секунду до этого руки. Невидимая сила плавно прижала их к подлокотникам, опутав по запястьям незримыми глазу колючими путами, и пресекла попытку трансформации в звериную ипостась.

— Всё верно, — глухо выдавил «связанный» Ивон. — Я совершил ошибку и должен заплатить.

Он сплюнул набежавшую в рот кровь. С полминуты молчал, затем усмехнулся:

— Не тяни. В любом случае, я уже труп. Днём раньше или позже, не важно. Вампиры никогда не спят. И снова нападут. Этой ночью или следующей. Лучше пасть от твоей руки, чем быть разорванным на куски теми тварями…

Северянин закрыл глаза. В запертом заслоном уголке таверны повисла гнетущая тишина.

Рейден сузил глаза. Он слышал бешеный стук сердца напарника, улавливал мчащуюся по венам кровь, ощущал эманации страха, источаемые загнанной в ловушку драконьей ипостасью, и «отпустил» Тьму.

Пальцы выстрелили непроницаемыми сгустками, потекли в сторону неподвижного мужского тела, закружились облачными вихрями, готовясь в мгновенье сокрушить избранную жертву… Но когда смертоносная удавка уже обвилась вокруг шеи Ивона, сдавливая и впиваясь в кожу, дракон-вампир одним резким движением отпрянул.

— Живи.

Бросив сквозь зубы, освободил скованного заклятием напарника и в несколько широких шагов пересёк таверну, не оглядываясь на звук глухого падения позади. Пнул створчатые двери, упёрся ладонями о промерзшие насквозь деревянные перила крыльца и грязно выругался.

Вряд ли разумно оставлять Ивону жизнь. Однако открытая им правда заставила взглянуть на предательство в ином свете. Сложно судить человека лишь за то, что он хочет жить.

Ивон хотел… Как все ловцы, которых отправляют в Эде-Раинэ.

Последний оплот Сумеречной Империи возвышался в двадцати лиирах к северо-западу — этакое нагромождение каменных башен, от которых в обе стороны тянулась магическая стена. По ту сторону начинались земли Ковенов. Там же, среди воющих метелей, надежно укрытый темнотой стоял таинственный Храм Ночи. Конечная точка этого долгого, бесконечно утомительного пути.