– Вадим. А это - моя мама, - сказал он таким тоном, по которому явно читалось - если понадобится, я встану на ее защиту.

– Адам, - совершенно серьезно проговорил Лемешев.
– И я знаю, что это твоя мама.

Он пожал Вадиму протянутую руку, после чего оба направились ко мне.

– Я соскучился, - сказал Адам, и я лишь огромным усилием воли удержалась и не ответила, что тоже скучала.

Потому что чувствовала именно это и было глупо спорить с самой собой. Но признаваться в этом Адаму я не собиралась.

– Мы немного заняты, - сказала я, кивнув на покупки.
– Собираемся домой, у нас там много дел.

Вадим посмотрел на меня с легким удивлением, мелькнувшим во взгляде. По правде говоря, никаких занятий кроме того, чтобы снова засесть и штудировать сайты, предлагающие работу по моему новому профилю, у меня не планировалось.

– Жаль, - с искренностью в голосе ответил Адам.
– А я как раз хотел позвать вас куда-нибудь выбраться.

Это его «вас» сбило с толку. Я переглянулась с Вадимом, по выражению лица которого было ясно, что он вполне себе одобряет эту идею. Но я совершенно не планировала торопиться. Теперь - ни в чем. Ну, кроме поиска работы, конечно.

– Возможно, как-нибудь в другой раз, - сказала я, и сын вновь взял пакеты со скамьи.

– Тогда до встречи, - кивнул Адам, и я тоже согласно кивнула:

– До встречи.

Когда за нами захлопнулась дверь подъезда, я вдруг поняла, что испытываю чувство сожаления. И сомнения, что поступила верно.

– Мы ведь могли с ним куда-то сходить, - сказал Вадим, вторя моим мыслям.
– Я бы хотел познакомиться с Адамом поближе. Может быть, он тоже любит хоккей?
– с надеждой спросил сын.

– Может быть, - пожала я плечами, вызывая лифт.
– Я о нем мало что знаю.

Призналась в том, что было абсолютной правдой, и это немного меня отрезвило. Сейчас я должна была думать о себе и сыне, а больше ни о ком. Впрочем, Вадик, кажется, был абсолютно со мной несогласен.

– Значит, не только мне стоит узнать его лучше, - выдал он философски, и я тихо рассмеялась.

С самого утра все валилось из рук. Сначала сгорели тосты, которые я каким-то образом, впихнув в тостер, умудрилась поставить на самый мощный режим. Потом напрочь выкипело молоко для каши… Вдобавок я чуть не спалила блузку, которую гладила для того, чтобы отправиться в ней на заседание… Так что в итоге я стала заранее настраиваться на то, что сегодня все произойдет наперекосяк в любом случае.

– Да, мам, ты жжешь, - сказал Вадик, оглядев кухню, которая походила на поле боя.
– Давай я просто сделаю бутерброды и чай.

Сын, в отличие от меня, был совершенно собран. Быстро приготовил еду и напитки, кивнул на стол и скомандовал:

– Садись и поешь.

И я с благодарностью устроилась на своем месте и с аппетитом принялась за завтрак.

Когда мы явились в здание суда, оказалось, что здесь все тоже не слава богу. Все еще не завершилось предыдущее заседание и, по словам Алексея, который сегодня прибыл сильно загодя и, к моему облегчению, трезвый, пока было неясно, когда оно закончится.

– Я с ним никогда не разведусь, - простонала, закатывая глаза и без сил опускаясь на скамейку в коридоре.
– Это просто какая-то небесная кара.

– Разведешься, - заверил меня в ответ Громов.
– И обещаю - уже сегодня.

Его слова придали мне сил. Вся эта история с разводом, который то и дело откладывался, порядком вымотала мне нервы, потому я так отчаянно желала как можно скорее с ней расквитаться. Даже казалось порой, что она висит на мне кандалами и не дает возможности начаться новой, спокойной и безо всякого дерьма жизни.

Когда в коридоре появился Антон в сопровождении адвоката, я отвернулась, делая вид, что его не заметила. А вот он меня очень даже приметил. Подошел ближе и, когда я вскинула на него взгляд, спросил безо всякого приветствия:

– Можно тебя на пару слов?

Этот вопрос прозвучал совершенно спокойно, даже отстраненно. Впрочем, Леша вовсе не собирался позволять Семиверстову уводить меня куда бы то ни было.

– Все вопросы с моей подзащитной с вашей стороны будут решаться в зале суда, - процедил он.

Антон смерил его взглядом, словно это не человек был, а насекомое, после чего вновь обратился ко мне:

– Речь пойдет о Вадиме. И это важно, - сказал он.
– Вопрос не судебного характера и адвоката не касается.

Я переглянулась с Громовым. Он хмурился и, судя по его виду, был совершенно не в восторге от перспективы того, чтобы я отправлялась одна с Антоном.

– Все в порядке, я буду рядом, - сказала Алексею, примиряюще положив руку на сгиб его локтя.