Дрянь.

Ресс — лишь капля, в которой в тот момент отражалось все море целиком. Даже если сейчас они отобьются — это не так уж и сложно, замкнутое помещение сыграет им на руку — стражники в любом случае отправят гонца в королевский дворец. Больше того, гарнизонные, которые привели сюда отряд Данан, уже тоже наверняка сообщили во дворец о прибытии стороннего командора. Главный поэтому и отправил с Данан сопровождение — чтобы пришлые прямиком достигли западни, никуда не сворачивая.

Им дали пройти, чтобы поймать Тальваду за руку при совершении преступления. Данан хотелось бы понять, какого именно. Впрочем, «Тальвада изменница!» служило хорошим ориентиром. Глубоко в душе чародейка усмехнулась: первый ли это раз на ее памяти, когда на командора смотрителей вешают измену государю? О, нет. Старина Ред, как и она сама, могла бы многое рассказать о преследовании смотрителей власть имущими. Странно, что Тальвада всегда отзывалась о Редгаре как о трусе. Он ведь боролся с тем же, с чем теперь столкнулась сама эльфийка.

Ах, к черту воспоминания! Надо что-то решать! Если сейчас они дернутся воевать, пострадает не только Ресс. Король уже в курсе прибытия Данан. А значит, если потребуется, он, волну за волной, пришлет сюда все доступные в округе войска. Сколь бы могущественны в магии ни оказались Данан и Рангзиб, как бы отменно ни сражались Тай и Тальвада, все они не вечны, их силы не безграничны. Рано или поздно их просто погребут под наплывом подкреплений эльфийской армии. И почти тысяча смотрителей Пустоты под руководством Тальвады, отправится на встречу с предками.

Их орден и без того слишком мал, чтобы жертвовать кем-то просто так.

Данан переглянулась с Тальвадой, искренне надеясь, что та думает так же. Пусть лучше уведут миром. Если сюда все же направят войска, сколько-нибудь крепость Смотрителей продержится. Но возможно сговорчивостью они выиграют немного времени, чтобы местные смогли подготовиться к обороне. А им самим из королевского дворца будет виднее, что за ерунда творится. Как верно говорил Рангзиб, порой, чтобы понять, что к чему, нужно оказаться по ту сторону.

Лицо Данан отяжелело от хмурости. Тальвада кивнула ей непонятно, о чем. Оставалось надеяться, что эльфийка в самом деле пришла к тем же выводам и теперь просит чародейку довериться.

— Пройдемте с нами, — настойчиво повторил лидер отряда королевской стражи. Из-за спины к нему подошел подчиненный, что-то шепнул. Эльф с неполноценным ухом обернулся, перебросился с остальными парой фраз на эльфийском и снова обратился к смотрителям:

— Мне попросить в третий раз? — сказал он уже далеко не так вежливо, как раньше. — Заберите оружие!

— Только тронь мою секиру! — гаркнул Хольфстенн.

— Осторожней, — напомнил тот стражник, что держал под ударом Ресса. Стенн посмотрел на Данан. Чародейка качнула головой. Рыкнув, гном уступил, всем видом давая понять, что отнюдь недоволен принятым решением.

Подавая пример, Данан отдала посох.

— Замечу, что я являюсь представителем другого королевства. Надеюсь, не нужно напоминать, что моя смерть выйдет вам боком? — Поставил в известность Рангзиб.

— Правда? — умилился эльф-лидер, вернув былую отвратительно пугающую интонацию. — А я всегда считал, что Смотрители Пустоты никому не верны, разве не так? — Он встал к Данан вплотную и сверкнул страшной улыбкой: — Беда собаки, у которой нет хозяина, в том, что ее некому кормить. Может, смотрителям стоило бы быть посговорчивей, а?

Первым, как ни странно, дернулся Тайерар. Данан успела остановить его, положив мужчине руку на грудь: не кипятись. Это был первый случай с прошлого вечера, когда они посмотрели друг другу в глаза, и Тай в душе зашелся площадной бранью. Почему именно в такой ситуации они достигли момента, когда могли бы поговорить?

— Может, смотрителям и стоит, — вперед вышел Рангзиб. — Вот только среди нас, например, трое — не из смотрителей Пустоты. К тому же один гном, а другой, — маг раскинул руки, указывая на себя, — те’альдинец! Так что советую быть с нами полюбезнее, ибо, не знаю, как остальные, а за мое благополучие владыка Те’Альдина точно радеет!

Эльф хохотнул — наигранно, кратко и дернув плечами. Потом еще разок — чуть продолжительнее. А затем и вовсе залился смехом.

— Ну да, ну да, рассказывай, — посоветовал стражник и сделал знак одному из подчиненных.

Тот подошел к Рангзибу, взял из рук мага посох и без замаха ударил в челюсть. Рангзиб, не ожидавший, пошатнулся. Тот же эльф, пользуясь сложившимся положением, ударил снова и попросту вырубил колдуна.

— Вот и славно, — определил главный. — Этого потащите, — кивком указал на те’альдинца. — Остальные, надеюсь, сами пойдут?

Смотрители и их сопровождающие переглянулись. Похоже, вариантов нет. Тайерар оттолкнул Данан, сложил щит и меч, распрямился и снова посмотрел на чародейку. Та сглотнула: кажется, во взгляде капитана она отчетливо увидела желание съездить ей по шее.

Памятуя, что среди пленников есть несколько магов, король, излив на Тальваду и Данан прорву желчи, приказал старшему принцу лично сопроводить уличенных в заговоре в «особую темницу». Особой, как выяснилось, темница называлась по нескольким причинам. Во-первых, она была тупиковым помещением в длиннющем казематном блоке, то есть располагалась не по какую-то сторону коридора, а замыкала его окончание. Во-вторых, из-за расположения камера была на удивление вместительной — так что как будто для элитных преступников. Если такие бывают. Наконец, в-третьих, ее отделяла от блока не просто решетка — а огроменная массивная дверь из черного железа, обитая ордовирными прутьями.