Ордовир…. Старый добрый отвратительный металл, блокирующий всякую магическую искру.

— О, — протянула Данан, заходя внутрь. — Клянусь, ордовирное дерьмо я учую за милю.

— Погибель мага?! — воскликнул Рангзиб. — Разве она еще осталась? Это же… пережиток какой-то!

Данан высоко подняла брови и вытаращила глаза, поджала губы, качнула головой: как бы не так.

— Я долго могла бы тебе рассказывать, насколько этот пережиток только считается пережитком. Мне тоже всегда говорили, что ордовирных штуковин в Аэриде почти не осталось, но начиная с двадцати лет я только и делаю, что имею с ними дело. Пф, — фыркнула она в конце.

— То есть он серьезно… — Рангзиб не стал задавать вопрос до конца — он попытался сотворить несколько сфер освещения, для чего обычно любому магу хватало пошевелить пальцами. И — ничего. Единственным освещением по-прежнему оставались два горящих здесь факела и едва светящиеся серебристым глаза двух командоров.

— И ЧТО НАМ ТЕПЕРЬ ДЕЛАТЬ?! — заорал Рангзиб.

— Не паниковать, полагаю, — отозвалась Данан до того бесстрастно и серо, что все, кроме Тальвады и Хольфстенна, вытаращились на нее.

— Что значит «не паниковать»… — начал Рангзиб.

— Замолчите все, — потребовала Данан тоном, которому не хотелось возражать. И даже Рангзиб примолк. Чародейка присела на пол камеры, прислонилась спиной к стене и перевела взгляд на Тальваду. — Расскажи все.

Эльфийку не пришлось просить дважды. Она поведала обо всех происшествиях — от странных случаев помешательства смотрителей и охотой за Капканом Хранителя до абсурдных обвинений в мятеже. Дослушав, Данан с пониманием мимолетно вскинула бровь.

— Вот почему нас пропустили так легко, — проговорил Стенн. — Чтобы наверняка получить доказательство, что вы просили о помощи других смотрителей.

— Я уже поняла, — пробормотала Тальвада. — Я только сожалею, что у Вальдриссана не осталось больше сфер телепортации, чтобы успеть найти тебя и предупредить. — Командор посмотрела на Данан.

— Брось, все вполне неплохо.

— Вы считаете? — одновременно спросили Рангзиб, Ресс и Тайерар.

Данан оглядела каждого и усмехнулась:

— Безусловно. — И, совершенно не удостаивая никого ответом, Данан обратилась к эльфийке. — Второй принц все еще благоволит тебе?

— Да.

— Мы можем на него рассчитывать?

Тальвада дернула плечами вперед:

— Я даже не знаю, не заперт ли он сам под каким-нибудь арестом. Но, если что-то случится, — уклончиво намекнула эльфийка, — думаю, он поддержит.

Оперевшись ладонями в колени, Данан качнулась и встала. Подошла ближе к эльфийке и посмотрела в упор. И в том, как, соединяясь, схлестывались два взгляда — один пустотно-серый, другой почти черный в сумраке камеры — было что-то зловещее. Тай ощущал, как по позвоночнику взбирается инеевая корка.

— У нас всего два варианта, командор, — проговорила Данан спокойно. — Выйти тихо и выйти громко.

— Выйти?! Серьезно?! — влез Рангзиб. — Здесь ордовирная дверь! Здесь нельзя колдовать! Как ты намерена…

— Помолчи-ка, парень, — попросил его Рендел, а Ресс молча положил колдуну руку на левое плечо: ну-ну, в самом деле, не стоит паниковать.

Тальвада тем временем сузила глаза:

— Почти все мои бойцы сейчас в крепости под надзором. Я очень хочу понять, что здесь творится, Дан. Как ты понимаешь, у меня было возможности свободно разгуливать по дворцу в последние месяцы. Но если устроим шум слишком рано, смотрители в крепости могут пострадать.

— Хорошо, — поняла Данан. Потом ненадолго перевела взгляд на те’альдинца. Странно, что именно он задает так много вопросов. Данан бы с большей вероятностью ждала их от Тая. Женщина подошла к магу.

— Знаешь, почему никто не спорит с Тальвадой среди ее починенных, и никто в Калагорне не спорит со мной? Вон, — Данан взглядом указала на Анси с Ренделом. — Посмотри на них. Они ведь оба сильнее меня, но никогда не оспаривают мои слова. Знаешь почему?

Пока Рангзиб размышлял, стоит ли вообще отвечать, у Данан зачесалась нижняя губа, и она почесала ее зубами. Те’альдинец чуть вздернул голову: ну?

— Потому что командор Смотрителей — это не тот, кто сильнее других. Это тот, кто больше других понимает в Пустоте. Сильнее других чувствует Пустоту и дальше других ощущает движение исчадий. Этот тот, кто лучше всех в стране осознает могущество Темных архонтов. Поэтому не нужно в нас сомневаться, Рангзиб из Те’Альдина. Лучше скажи, если мы добудем тебе хоть какой-нибудь посох на первое время, ты сможешь призвать Аэтель или другого духа, способного разузнать, куда они запрятали наши вещи?

Рангзиб нахмурился, задумываясь, потом кивнул: да, вполне по силам. Данан улыбнулась: «Отлично!», — и вернулась к Тальваде. У Хольфстенна отчего-то подернуло над желудком.