– Я вот что подумал, Вольф, прости господи… Слушай, можешь погоняло сменить, а? Я ржать начинаю, когда это говорю, - заявил Зигги. – Как тебя на самом деле зовут то, напарник?

– Любомир, - ответил, нахмурившись, лейтенант.

– Как? – выпучил глаза Зигги. – Час от часу не легче! Слушай, Вольф, я вот тут подумал, а может нам посильнее осветить, так сказать, жизнь обожаемого всеми монарха?

– Ты это о чем? – заинтересовался Любомир. – Пока идеи мальчишки были весьма интересны и небезвыгодны.

– Ну, понимаешь, мы тут сидим и немножко зарабатываем, пока есть какая-то активность. Как только все станет тихо и спокойно, то все подумают, ах какой молодец наш агент Любомир. Только хрен ему, а не патроны и снаряжение. Там же спокойно все, зачем ценные ресурсы тратить? Так глядишь, даже кормить перестанут.

– Резонно, - протянул Любомир. – В армии именно так обычно и происходит. Продолжай.

– Ты знаешь первое правило бандитской крыши?

– Не знаю, - заинтересовался словен. – Я как-то далек от этого был всегда. Я же в армию пошел сразу после школы.

– Крыша берет деньги за то, - поднял палец вверх Зигфрид, - чтобы у тебя не было проблем! Правильно?

– Ну, наверное, - осторожно ответил Любомир.- Я точно не знаю, но звучит логично.

– А если у тебя никаких проблем нет, то зачем тебе нужна бандитская крыша? – задал Зигги следующий вопрос.

– Наверное, она мне не нужна, - Любомир начал понимать, к чему идет разговор.

– Тогда, если у тебя нет проблем, то крыша тебе эти проблемы создает сама, а потом героически их решает! – торжествующе ответил Зигги. – Это и есть первое правило любого рэкетира. Я тебе по секрету скажу, они только такими проблемами и занимаются. В настоящую жопу они стараются не лезть, там же пострадать можно.

– Да откуда ты все это знаешь? – изумился Любомир. – Ты же школьник еще! В смысле, был…

– Видишь ли, солдатик, - ответил ему мальчишка, который уже объел баранье ребрышко до блеска, но оторваться от него так и не мог, - у меня в последние несколько месяцев была крайне насыщенная жизнь. И именно поэтому у тебя такой умный напарник. А когда я поем, то еще и добрый. И да, партнер, мне кажется, я начинаю понимать, что тут за дичь тут происходит. Но это надо проверить, слишком безумной моя догадка выглядит.

Двести семьдесят седьмой день Катастрофы.

– Быть того не может! – кадровый разведчик схватился за голову. Новость, которую сообщил ему старый знакомый из канцелярии министра обороны, шокировала Мастера. Превратить его службу в какой-то балаган. Безумие!

В высших эшелонах власти, как вирус, распространилось поветрие, непосредственно связанное с ним и его работой. Оказывается, первые лица страны, включая…. Даже думать страшно, включая кого … стали спорить о том, что произойдет на территории Ингланда. И основой этих споров стали его доклады, а также данные видеонаблюдения и съемки с беспилотников. Спорить стали даже служащие среднего звена, имеющие допуск. В рабочее время! Например, отобьется от стаи собак какой-нибудь бродяга, или его сожрут. Эта забава стала писком моды в высшем обществе, и даже приобрела характер элитарного развлечения. Ведь вся соль была в том, что оно было недоступно широким массам, требовало серьезных связей для получения видеоматериалов и в процессе этого спора по-настоящему погибали люди. Спорили только на чью-то смерть, и никак иначе. Персона, которая не могла себе такое развлечение позволить, сразу теряла авторитет в глазах окружающих. На нем как бы появлялось невидимое клеймо: «Он не из нашего круга, он плебей. Ему недоступно то, что доступно нам». Новая забава стала темой светских сплетен, а суммы ставок превысили всяческое понимание. Особым шиком для людей, обладавших запредельной властью, было поставить на кон какую-нибудь безделицу против чего-то, имеющего огромную ценность. Или наоборот. Император проиграл свое собственной жене Кипр, а потом выиграл его назад! Это было немыслимо! Пресыщенные повелители мира нашли себе новую забаву, и только теперь Мастер понял недвусмысленные намеки, которые он получал от руководства. Ведь сначала над ним нависла угроза увольнения, которая странным образом исчезла в мгновение ока. А потом ему предоставили почти неограниченное финансирование и целый штат людей, которые монтировали видео, и куда-то их переправляли. Как же он был слеп! Но во всем этом была одна странность! Неужели второй лейтенант Билич, который плотно окопался в этом проклятом светлым Богом месте, понял все гораздо раньше, чем он? Как же это может быть? Может быть, он уже староват, и пора на пенсию?

***

Три месяца назад.

– Вольф, для тебя новость есть, - сказал барыга, когда они пришли поменять на золото очередную банку тушенки. – Арт звал, загляни к нему.

– Заметано, - кивнул Любомир.

Они с Зигги тихонько копили золотишко. Аккуратно, так, чтобы ценность этого никчемного металла не стала вновь слишком высокой. Не брезговали и камнями, ведь за еду люди отдавали не столько последнее, сколько то, что успели награбить в угаре первых недель после Катастрофы. Патрон и банка тушенки стоили примерно одинаково. А в пересчете на золото патроны шли по весу один к одному. Любителей менять бесполезные цацки на то, что может спасти жизнь, в Кембридже было немного. Всего двое, Любомир и Зигфрид.

А город уже вовсю встречал весну. Чудом уцелевшие деревья распустились зеленой листвой, а на аккуратных некогда газонах полезла свежая травка. Растения были счастливы, они и не заметили, как из города исчезло девяносто пять человек из ста. Полгода с небольшим, что прошли от Катастрофы, ничего не значили для сил природы, и она снова оживала, как и миллионы лет до этого. Город был все так же грязен и неуютен. Мусор сваливали прямо на улицах, и никто и не думал его убирать. Даже объеденные собаками до скелетов трупы лежали там же, где застигла их смерть. Всем было плевать, ведь были заботы поважнее. Люди, что населяли это место, стали снимать с себя засаленные вонючие тряпки и подставляли солнышку бледные изможденные тела. Еды было все еще мало, ведь новый урожай еще не созрел. Но жители понимали главное: они пережили зиму, а значит появилась надежда…

– Пятнадцать патронов с тебя, - вместо приветствия сказал Арт.

– За что это? – поинтересовался Любомир. – Еще один чужак?

– Да. Еще один нарисовался, - подтвердил Арт.
– И он тоже очень сильно отличается. И ты не поверишь, у него точно такие же ботинки, как у тебя.

Арт немного поправился, ведь в основном все, что приносили барыге Любомир и Зигги, шло ему и его семье. Местный вождь уже не выглядел настолько худым, как раньше.

– Получишь, без проблем, - кивнул головой Любомир. – Покажешь, где он залег?