— Отходите к дороге, — приказал я.

— А ты?! — выпалил Шон.

— А мне надо побеседовать с месье де Валем, — хмыкнул я. — Закончить начатое.

— Нет! — возразил Шон.

— Да, — твёрдо произнёс я. — Укройся в лесу, и если кто-то из друзей месье де Валя вздумает выкинуть что-нибудь эдакое, пальни в телегу.

— Понял! — отрапортовал Шон, и мои товарищи поспешили назад, под прикрытие деревьев.

Франсуа де Валь широко улыбнулся одними губами. Прищуренные глаза смотрели холодно и цепко, будто сканировали меня целиком. Его рука покоилась на шпаге, но я видел, что он готов её выхватить в любой момент.

— Ты не знаешь, с кем связался, — произнёс он.

— Знаю, — ответил я. — С каким-то жадным ублюдком, которому лучше было бы остаться пятном на жопе своей мамаши.

В компании пиратов послышались сдавленные смешки, де Валь побагровел, выхватил шпагу и с диким рёвом бросился на меня.

Я выхватил палаш ровно в тот момент, когда пират обрушил свою шпагу на меня. Клинки встретились с оглушающим звоном, проскрежетали друг о друга и расцепились. Мы одновременно отскочили назад, покачивая оружием.

— Я разрежу тебя на кусочки, — прошипел де Валь. — А остатки скормлю акулам.

— Смотри не порежься, — ухмыльнулся я.

Остальные пираты на всякий случай отошли подальше, не только чтобы не мешать дерущимся, но и чтобы у них было больше шансов остаться в живых после вероятного взрыва. Все слышали мой последний приказ, я специально произносил его погромче, так, чтобы слышал каждый.

Мы с де Валем описали неровный круг по пляжу, пристально глядя друг на друга. Галька хрустела под ногами, почему-то напомнив мне, как хрустит под валенками свежевыпавший снег.

Де Валь атаковал стремительно, пытаясь достать меня двумя взмахами наискосок, и я неловко отбил оба. Мне пришлось отступить назад, чтобы не поскользнуться на гальке и чтобы его шпага оставалась от меня подальше. Я понял в этот момент, что де Валь был гораздо более сильным фехтовальщиком, чем я.

— У кого ты украл этот палаш? Ты даже не умеешь им драться, держишь, будто кочергу, — пират сплюнул на землю и рассмеялся.

Он тоже осознал это, мгновенно наполняясь ощущением собственного превосходства. Я крутанул палашом восьмёрку, как мне показывал Робер, и тоже презрительно сплюнул.

— Я панк, мне похер, — сказал я. — Нападай.

Огромная бледная луна низко висела над бухтой, раскрашивая рябь на воде серебром, а красноватые отблески пламени плясали на лицах, превращая их в застывшие маски. Прохладный ночной ветерок шевелил кроны деревьев, стрекотали цикады, проснулись ночные птицы. Прибой размеренно накатывал небольшие волны на пологий галечный пляж. А Франсуа де Валь раздумывал, как ловчее меня убить. Не просто зарезать, как свинью, а как сделать это красиво, с блеском.

Пираты наблюдали за нами, смеялись, свистели, орали, подбадривали своего капитана, выкрикивали непрошеные советы, потрясали оружием в воздухе. Для них это было неплохим развлечением, а я понимал, что, возможно, это зрелище станет для меня последним в жизни. Знал бы, что попаду в прошлое — всю жизнь бы посвятил фехтованию.

Капитан де Валь по сравнению со мной мог бы, пожалуй, считаться мастером спорта, да и олимпийского чемпиона он, наверное, разделал бы под орех. У нас учатся фехтовать так, чтобы загоралась нужная лампочка. Здесь учатся фехтовать так, чтобы убить противника, и это было бы серьёзным преимуществом.

Я уже решил, что если де Валь проткнёт меня своей шпагой, то я просто выхвачу пистолет и пальну в мешки с порохом. Сгорел сарай — гори и хата, терять мне, кроме жизни, нечего.

Но де Валь не спешил, и просто играл со мной, как кошка с пойманной мышкой, наслаждаясь собственным превосходством и всячески демонстрируя команде своё искусство фехтовальщика.

— Защищайся, чёрт возьми! — рявкнул он, обрушивая на меня шквал ударов.

Шпага, казалось, мелькала сразу со всех сторон, и я вынужден был снова отступать, отбивая удары клинком палаша. Ни о какой контратаке не могло быть и речи, я не видел ни единой возможности нанести удар. Де Валь гонял меня по пляжу, как паршивую собаку.

Но и сдаваться я не собирался. В конце концов, русские не сдаются, и я намеревался сопротивляться до самого конца, хотя чётко понимал, что конец этот уже близко. Рано или поздно де Валю наскучит играть со мной, и он прикончит меня каким-нибудь хитрым ударом.

— Защищайся, мать твою! По-твоему, это фехтование? Ты что, вообще ни разу не дрался? — презрительно фыркнул пират.

Он растянул губы в холодной усмешке, отскочил на шаг назад и опустил шпагу.

— Это просто позорище. Я начинаю думать, что запятнал свою честь, скрестив с тобой клинки, — произнёс де Валь.