– В смысле?

– В смысле, что ментальная связь между дзеттоидами теперь под жесточайшим запретом.

– Так это ж естественно!
– поразился его претензии Денис.
– Или ты что, хочешь повторения Дзетты?

– На Дзетте вырастили человека с дзетт-фактором, - Аркулов сделал ударение на слове "человек".
– Именно они вышли из-под контроля! Дзетт-люди, а не представители фауны Дзетты!

– Да что ты говоришь! А как же твоя Майя? Майя-то была чистым дзеттоидом!

– В том, что случилось с Майей, виноваты исключительно военные! Оставь они нас тогда в покое, и она была бы сейчас обычной девочкой, моей дочерью, и всё было бы у нас прекрасно!

– Так ведь сейчас ты работаешь на военных и задачи выполняешь не свои, а военные! Им не нужны девочки с бантиками, им нужны солдаты! Ты можешь гарантировать, что, если они вдруг объединятся против человечества, как это сделали дзетт-люди, их удастся остановить?

– Ну, некоторая опасность есть, конечно, - нехотя признал Аркулов, - но так резко ограничивать развитие... ведь можно же за ними просто лучше следить! А так - дзеттоиды без ментальной связи! Физическая сила, выживаемость и приспособляемость на максимальном уровне, выглядеть должны как люди, и всего этого велено добиться, не используя ментальную связь, ты понимаешь, насколько это сложнее?.. А главное - бездарнее! Понимаешь?

"Понимаю, что ты хотел бы использовать ментальную связь с дзеттоидами, чтобы снова вырастить свою Майю, но тебе запретили, потому и бесишься", - без всякой злобы, но с долей иронии подумал Денис, а вслух сказал:

– Понимаю!

– Я называю их Дзетсами, - губы Аркулова презрительно закривились.
– Дзеттоидами - язык не поворачивается - потому что как дзеттоиды они будут неполноценны. Ведь я должен не просто ментальную связь не использовать, я должен так этих Дзетсов растить, чтобы ментальная связь между ними никак не могла возникнуть в принципе, ты представляешь?
– На лбу его выступила испарина.
– Такое впечатление, что Самсонов назначил меня главой "Дзетт-фактора", чтобы поиздеваться!

– Да уж, наверное, не без этого, - спокойно признал Денис.
– Генерал из-за тебя вынужден был своего сына на три года в жуткую Тмутаракань сослать, ты не забыл?

– Ну и что ж он тогда Кривочука руководителем не назначил? А меня - ему в подчинение? Вот это была бы месть так месть! Я бы всё равно согласился, мне деваться некуда.
– Аркулов посмотрел на один из лабораторных дисплеев, куда передавалось изображение с камеры в клетушке, где кружил последний живой человек с внедрённым в геном дзетт-фактором - Альфа.

– Самсонов предан службе и умеет, ради успеха общего дела, отбросить любую личную неприязнь. Ты прекрасно знаешь, отец, что с объективной точки зрения ты - лучший в мире ксенобиолог, Кривочук тебе и в подмётки не годится.

– Да, я - гений, - ничуть не смутившись, согласился Аркулов.

– Ну вот и докажи! Выполни поставленную задачу, - подвёл итог Денис и, заметив, что отец не отрывает взгляда от дисплея, где дзетт-человек, перестав метаться по камере, сел на койку, спросил: - Или тебя здесь только Альфа интересует?

– С чего ты взял?

– Да с того, что ты прямо глаз с него не сводишь.

Дзетт-человек меж тем вытянулся на койке, заложив руки за голову.

– Альфа необходим для ряда исследований, без которых правильно растить Дзетсов невозможно, - оттарабанил, словно на экзамене, Аркулов.

– Ага! Это ты в рапорте Самсонову докладывай, мне-то зачем котёл занавешивать?

– А ты что, готов допустить, чтобы Альфу уничтожили?

Денис был готов. Дзетт-люди погубили многих, из-за них погиб майор, Илья оказался в коме, а сам Денис такого натерпелся, что и вспомнить жутко, - да, он, конечно же, был готов! Причём не только допустить, но и лично уничтожить. И предположение Аркулова, что Альфа поглотил сознание Майи, казалось просто бредом отца, ослеплённого потерей дочери, сказкой, придуманной от безысходности. Однако это не значило, что надо непременно грубить отцу.

– Ну, успехи-то хоть есть?
– спокойно спросил Денис.

– Пока непонятно, - мотнул головой Аркулов.

– А рассматриваешь ты сейчас чего?

– Иногда...
– Аркулов на некоторое время умолк, словно раздумывая, стоит ли говорить, но потом всё же продолжил: - Иногда, когда Альфа устаёт и расслабляется, его лицо меняется, и я вижу: моя Майя там, в его черепушке.

Денис придвинулся ближе к дисплею и, окинув взглядом могучее, бугрившееся мышцами тело, перевёл взгляд на крупный, круглый череп, обросший плотным ёжиком блестящего, светло-коричневого меха. Дзетт-человек закрыл глаза и, казалось, дремал. Несколько минут отец с сыном внимательнейшим образом созерцали лицо Альфы, но ничего такого, о чём говорил Аркулов, Денис не заметил.

– А ты не пробовал прощупать его во сне?

– Ментальная связь со всеми кроме людей, здесь под запретом, - ответил Аркулов.
– Приказ генерала.

– А-а, - Денис посмотрел в глаза отцу.
– Ясно.

– Но я пробовал, - сильно понизив голос, признался Аркулов.

– И что?
– тоже шёпотом спросил Денис.

– А ничего! Эта тварь и во сне начеку - дзетт есть дзетт.

– Ну да, - согласился Денис.
– Ментальная связь для них - как дышать!

– Вот! Вот именно!
– снова возвысил голос Аркулов.
– То же самое и я Самсонову говорил, а он упёрся: новые Дзетсы не должны не то что владеть, а даже вообще знать о существовании телепатии.