После достижения мной третьего круга и создания для Мариуса огненного шоу, заклинание эволюционировало, так же достигнув уровня трёх кругов. Так что его мощь теперь уже была довольно внушительной, и единственным минусом осталась сравнительно небольшая скорость, с которой могло двигаться и распространяться пламя. Для дальнобойных атак его использовать точно было бы нереально.

Однако по масштабу Дыхание Саламандры легко оставляло позади большинство огненных заклинаний третьего круга. Так что я без особого труда смог создать вокруг себя и минуту поддерживать область пламени радиусом почти в пять метров. А мой запас маны в итоге уменьшился от силы на четверть.

Когда я отозвал огонёк, Одуванчик пару раз довольно хлопнул в ладоши.

— Замечательное заклинание! Насколько я понял, это способная к развитию магия, относящаяся к категории шаманизма?

Чувствительность и интуиция старика были просто запредельными. Хотя, что я хотел от архимага. Мне очень повезло, что я стёр герб ещё когда превращал зажигалку в ключ, иначе он бы наверняка почуял применение Кузницы.

— Да, однако, насколько я понял, это далеко не обычный элементаль.

— Очень хорошо. Как оно называется?

— Дыхание Саламандры.

— Понял. Кстати, хочу сказать, что для того, кто освоил эту магию всего час назад, у тебя поразительно хороший контроль, — улыбнулся он.

— Это всё благодаря царю мудрости, — смущённо улыбнулся я в ответ.

— Да, говоря об этом, — кивнул архимаг, поднимаясь с места. — Обнаруженное Алистером послание в гримуаре скульптуры царя мудрости — невероятно серьёзный вопрос, к обсуждению которого мы ещё вернёмся, — он многозначительно оглядел остальных старейшин. — В контексте текущего разбирательства, можно сказать, что это послание — очень весомый аргумент в пользу истории Алистера. Однако у меня ещё остались сомнения, рассказы обоих мальчиков выглядят довольно убедительно и никаких неопровержимых улик в пользу той или иной истории найдено не было. А обвинять кого-то без доказательств — это не тот метод, что использует Башня Магии. Уверен, правда ещё всплывёт на поверхность и тогда мы узнаем, кто был искренен, а кто лгал или, возможно, заблуждался. А до тех пор я беру и Карла, и Алистера, под присмотр. Вне зависимости от того, кто из них прав, их связь с Бафометом и царём мудрости очевидна. Такое нельзя игнорировать. К тому же нельзя допустить, чтобы кто-то ещё из детей пострадал. У кого-нибудь есть возражения?

Возражений не было. В том числе и у той парочки старейшин, что с самого нашего прихода так не сказали ни слова. Один сидел, внимательно изучая собственные ногти, а второй, кажется, вообще заснул с открытыми глазами.

Впрочем, это было и не важно. Куда важнее, что я каким-то образом умудрился попасть под крылышко к архимагу. И это меня, честно говоря, вообще ни разу не радовало.

Для кого-то вроде Карла такой протекторат мог стать настоящим подарком. И действительно, парень после этих слов Одуванчика прямо воспрял духом и даже его дед заулыбался впервые с начала этого заседания. Но меня такая опека лишь сковывала бы. К сожалению, мои возражения вряд ли принимались.

— Возражений нет, это хорошо. Во-вторых, по поводу наказаний. Арне и Дариан уже наказаны за своё поведение, возможно даже больше, чем того заслужили. Так что для них последствий не будет. Они останутся в академии до начала следующего учебного года и постараются восстановить свои круги маны, чтобы вновь приступить к учёбе. Карлу, как зачинщику конфликта, назначаю наказание в виде исправительных работ. Следующий месяц после занятий он будет заниматься уборкой территории Башни Магии. Алистер… пока что единственное, в чём тебя можно обвинить — это в том, что ты коснулся странно ведущего себя гримуара царя мудрости, а не позвал старших, а также в уничтожении уборочного инвентаря. Однако, если мы опустимся до того, что начнём обвинять детей в подобном, то Башня Магии долго не проживёт. Так что забудем об этом. Но кое-что ты всё-таки должен будешь сделать.

— Что?

— Насколько я знаю, твою гримуар не имеет связи с Короной Мудрости?

— Всё так, — я кивнул.

— Тогда ты должен отправиться в библиотеку и вручную вписать полученную от царя мудрости магию в Корону. Надеюсь, ты понимаешь, что мы не можем оставить заклинание, полученное от самого Агура, в твоём единоличном пользовании. Не волнуйся, ты будешь достойно вознаграждён за это. Я позабочусь о том, чтобы со следующего семестра ты смог начать учёбу в академии Башни, и работать уборщиком тебе, естественно, больше не нужно. К тому же, как и любой маг, внёсший свой вклад в Корону, ты получишь денежное вознаграждение. Тебя устраивают такие условия?

Ну, разумеется… всегда так было, испокон веков. Сделал что-то “плохое” — ты один виноват. Сделал что-то “хорошее” — обязательно должен поделиться со всеми. Отчасти именно поэтому Бафомет никогда не стремился делиться своими знаниями с людьми.

Впрочем, на самом деле это было не так уж и важно. Ещё когда я придумал удивить Мариуса пожаром, я уже смирился с тем, что Дыхание Саламандры не останется только моим. Пускай, в будущем я смогу ещё не раз улучшить его за счёт комбинирования.

Да и предложение Одуванчика было более чем щедрым. Смысла для меня в учёбе теперь, конечно, не было никакого. Но официальный перевод из слуг в студенты академии избавлял меня от кучи неудобств, да и деньги никогда не бывали лишними.

Возможно, я мог бы поторговаться, вытянув для себя ещё какие-нибудь бонусы. Но это точно не показало бы меня в хорошем свете, а сейчас, чтобы отвести от себя подозрения, мне нужно было сохранять как можно лучшую репутацию. Так что я просто вежливо кивнул.

— Конечно, великий старейшина, более чем устраивают.

— Ну и славно. Иди со старейшиной Вейсом, он расскажет и покажет тебе, что сделать.

Тот из Совета, что до сих пор сидел, разглядывая собственные ногти, среднего возраста мужчина с обширной залысиной и не менее обширным животом, тут же поднялся с места. Кивнув Одуванчику, он направился к выходу из зала, походя махнув мне, мол: “Давай за мной”.