– От немцев.

– От кого?
– удивились похоже оба, вопрос прозвучал одновременно.

– Есть группа офицеров, мелких чинов, но один работает в штабе армейского корпуса, а другой полевой разведчик в том же корпусе. Им эта война не нужна, семьи уже в Швейцарии, вывезли, но чтобы достойно жить, нужны деньги, а те довольно бедны, живут от зарплаты к зарплате. Трофеи есть, но им мизер достаётся. Вот и решили подзаработать. И не стоит думать, что они евреи, чистокровные немцы, что сильно не любят Гитлера. Что-то там в семье случилось по его вине. В общем, те собираются делать ноги, но пустыми уходить не хотят, вот я и помогаю в меру сил.

– А побег из следственного изолятора в Мценске? Значит, двери открыли они?

– Да. Тот что разведчик. Терять такой источник дохода те не хотели, вот и устроили ему командировку. Незаконную. Если бы попались, могли привлечь, но обошлось, благополучно вернулись.

– Откуда средства для оплаты?

– Мы же наступали. У одного офицера нашли портфель с ювелирными крашениями, дорогие, старинные, золото в основном и брюлики. Почти всё ушло.

– И не жалко?

– Нет, для дела же. Тем более это не мои трофеи.

– Свои бы ты не отдал, - проворчал комиссар, закуривая уже какую сигарету. Как он так может одну за другой смолить?

– Ну да, наверное.

Дальше майор всё выспрашивал, ведя запись опроса, хотел узнать контакты немцев. Как так сразу поверил им, и всё такое. Я же всё описал что «знал», и сказал, что на последнею встречу их посыльный не пришёл. Такое уже бывало, я не расстроился, но может быть так, что те уже убыли. Не знаю как те это смогли сделать с передовой, но видимо могли найти выход, а там в тылу лови их. Вернусь, узнаю, на месте те или нет. Хотя особо бы не рассчитывал на новые встречи. А ювелирка закончилась и те это знали, да и сами намекали не раз, что им пора. Так ещё в течении часа я повторно описывал как встретился, как договорились и всё такое. Ну и потом майор сказал:

– Тот бой со взводов СС в лесу, где ты освободил медиков, нас очень заинтересовал. Наши сотрудники опросили обозников, по их описанию ты был очень недоволен и что-то искал, те даже показали всё на месте. И вот что наши сотрудники нашли.

Тот достал из-под стола гильзу от «Вала» и поставил её донышком на стол. Да уж, красиво меня подводили под этот разговор. Пять часов нервы мотали и когда я устал и морально вымотался, выложили на стол то, из-за чего меня в действительности сюда пригласили, остальное по ходу дела, а интерес их только и только к этой находке. Вздохнув, я расслабился. Жаль спинки у табуретки не было, откинулся бы на спинку как майор, эффектнее бы выглядело. Подловили, глупо отрицать, и тут как бы по-детски я не отговаривался, не знаю, это не моё, это не я, но капкан захлопнулся. Похоже, автомат придётся сдавать, что я крайне не хотел.

– Всегда знал, что небрежность в мелочах меня подведёт.

– Да нет, - майор позволил себе лёгкую улыбку.
– Перерыл ты там действительно всё, и нашёл бы. Но именно это гильза, отлетела, но не упала на землю, а отверстием насадилась на ветку и если бы ты поднял голову, ты бы её увидел. Наши сотрудники тоже не нашли, обозник увидел.

– Даже так? Буду знать.

– Итак, возникает вопрос. Где оружие?

– Вот вам оружие, - показал я майору кукиш, а потом комиссару второй.
– Вот вам боезапас к нему. Неужели гитлеровские огрызки думали, что я вам вот так всё выложу? Да после Гольцева я вам вообще не доверяю, сразу же в Германию его отправите, рассадник предателей. Так что идите к чёрту.

Майор всё же не выдержал, только хотел высказаться, как его комиссар остановил:

– Я понимаю старлей, что доверие к нам у тебя утрачено. Просто назови лицо, которому согласен его передать. И не стоит говорить, что оружие сгорело в доме, когда тебя немцы брали. Перед тем как его сжечь, те там всё обыскали, искали это самое оружие. Не было его там.

Я тут же закрыл рот, как раз это самое и хотел сказать, только что найдя лазейку. Обложили, гады. Не люблю работать с профессионалами.

– Сталин. То есть, товарищу Сталину отдам.

– Замечательно, как раз товарищ Сталин и желает с тобой поговорить. Где оружие?

– Меня везли ваши сотрудники, да я всё спрятал. Думал снова карцер и всё такое.

– Где оружие?

– Да тут, в Москве, - с кривившись, буркнул я.
– С похищением я понял, что могу потерять его, и перепрятал.

– Хорошо. Сейчас в гостиницу, отдохни, потом заберём оружие и в Кремль. Думаю, тебе известно, что оно должно быть разряжено?

– Известно.

– Там охрана примет и при тебе передаст товарищу Сталину.

– Хорошо.

Вот так в ночь с двадцать пятого на двадцать шестое декабря меня отвезли в служебную гостиницу. Душ принял, поздний ужин дали из чая и бутербродов, но с колбасой, форму в стирку и чистку отдал, да погладить. Шинель и остальное тоже, даже исподнее, и отдыхать. Подняли меня где-то в два часа дня двадцать шестого числа. Дальше завтрак, и в той шинели что мне вернули, действительно в порядок привели, покатались на машине по улочкам, я указал на первый попавшийся дом, и велел сидеть тут, мол, свой схрон показывать не желаю. Дальше поднялся на чердак. Приветливо поздоровавшись с дежурными зенитчиками. Тут пулемётная зенитная установок на крыше была, и покопавшись в углу, вернулся с сумкой. Уверен, скоро чердак этого дома перевернут к верху дном, с лупой всё изучат, поэтому я оставил сидор, с небольшим НЗ и ручными гранатами. Комиссар, что со мной был, в машине лично изучил оружие, я разрядил его, и мы поехали в Кремль. Кстати, когда я собирался в номере, получив выглаженную форму, то надел парадную. В ту, в которой меня награждали медалью Золотая Звезда. Все награды на ней, так что сдав шинель, оружие, оно при мне было, вернули, когда Лубянку покинул, и дальше прямиком в кабинет Сталина. Один из охранников был с сумкой, где «Вал» находился. Комиссар тоже был. Причём я был не в валенках, а в сапогах, зеркально начищенных. Это не из моих запасов, а в гостинице выдали, с возвратом, валенки мои у них остались. Вот так вытянувшись и поздоровавшись, я услышал просьбу показать оружие. Вот так и показал, доставая автомат. Кроме комиссара был начальник охраны Сталина. Забыл, как его там… Показал, как складывается приклад, как глушитель снимается, провёл неполную разборку, патронов запас весь тут, смысла хранить не было, магазины и подсумки для них, материал Сталина заинтересовал, никогда такого не видел. Ещё бы, такой материал сейчас не делают, и через тридцать лет делать не будут. Тот сам зарядил оружие пустым магазином, и приложился к прикладу, глядя в прицел, поводил стволом по комнате, пока я устно сообщал ТТХ оружия, мол, узнал на собственном опыте применения.