Червей было целое стадо, не меньше! Мы не знали, где стать, чтобы нас не утащило вниз, а они всё выскакивали и выскакивали. Мы с воронами забирались им на голову и отравляли тьмой. Да только им было всё равно! Помогали только мечи с сиамари, огненные плетения от Оворна и водные — от донну. Снежные вихри тамонцев замедляли червей, дезориентировали. Мы легко пробивали их мозг, убивая без сопротивления.

Марак вымещал всю скопившуюся злость на тварях, размолачивая черепа своим мечом с нутагой, сильные ноги гаргульи рвали глаза червей. Стоял такой визг и вой, что появление быков стало закономерным — кто же пройдёт мимо такого пира?

Ну и покатались мы, я вам скажу! Мы с воронами запрыгнули на троих терков и со свистом и смехом носились по барханам, а те как зачарованные летели рядом, и не пытаясь разбежаться в стороны. Повеселившись вдоволь, прикончили их и полетели обратно. Там уже наши добивали оставшихся.

— Вот бы так каждый год на охоту сплавать, да? — подкалывал меня Нангаран, — На гидре особо не поездишь!

— Я бы на вашем месте так не радовался… — прошипел даархит, пронзая меня глазами, — Мы должны убираться отсюда как можно скорее!

Он зашагал на восток — мы за ним, вытирая мечи и тихо переговариваясь. Оказывается, охота понравилась всем, а мои демоны тоже испробовали скачки на терках, теперь мы вместе смеялись, не понимая, какая может быть опасность в таких почти безобидных зверушках. Однако, когда из песка стали выстреливать тонкие, жалящие сотней отравленных игл, щупальца — черви, тут же поняли, что прогулка закончена. Наша тьма палила отростки сотнями, но те тут же появлялись снова. Я пустила ростки некры вглубь песка, отыскивая тварь, которая так быстро восстанавливалась.

— Бежим быстрее! Скоро яд подействует, и мы не сможем пошевелиться! — кричал Ташасскар. Тамонцы отступали, замораживая отростки, саашту взвинтились в воздух и рубили мерзость, давая возможность всем уйти. Мунон звал меня, тревожился, но я закрыла глаза и не обращала ни на что внимания. Мои вороны обступили нас с мужем и обугливали черви-щупальца, не спрашивая, что и зачем я делаю.

— Есть! — сказала я довольно и потянула тьмой вверх что-то огромное. Нангаран без вопросов обхватил меня за пояс и поднял в воздух, то же сделал с Муноном Даоран. Наши уже залезли на соседний бархан и уже оттуда смотрели, как извивается толстое, круглое, аморфное существо. В середине был глаз, налитый кровью, а под ним пасть. Огромная, полная исполинских зубов! — Эми!!! Смотри какая красота! Это будет прекрасный трофей!

— Не-е-ет!!! — однако я уже никого не слушала и нырнула вниз, к шару и его пасти. Я обездвижила все щупальца, в пасть тоже воткнула тьмяный столб, но не учла, что во рту чудовища есть ещё и язык, и теперь пыталась спалить мерзость, царапала его трезубцами. Нангаран с ума сходил от волнения! Он рубил тварь, брызги ядовитой дряни летели во все стороны. Эми и Ланнар тут же перелетели к нам на помощь. Мой Турмалин пытался сварить мозг твари, посылая в неё одно заклятие за другим, Ланнар уже обуглил шар, как шашлык, но язык всё теснее сжимал меня. Я уже приготовилась закричать, но тут в воздух взвилось ало-зелёное змеиное тело и хвостом вонзилось прямо в глаз! Язык опал, меня вытащили и сразу унесли подальше.

— Мора! Не делай так больше, пожалуйста! — судорожно прижимал меня к себе мой маэйни. Я морщилась от боли в рёбрах, которые срастались с глубинным зудом. С таким же зудом ко мне подходили все по очереди.

— Повелительница! — робко махали крыльями Опалы, Ониксы и Авантюрины. Каждый готов отдать жизнь за меня, за мир, который я должна спасти.

— Мора, — прохрипел Марак, опустив глаза, чтобы не видеть меня раненую, — Ты нам дороже всего… Мы должны быть впереди, а не ты.

— Боги! Лэя Морайя! Вы так испугали нас! Сотни, да что там сотни! Тысячи белых червей — это ничто по сравнению с этой тварью! А вы на неё в одиночку! — сыпал снежинками Тамона. Его племянник мрачной физиономией сверкал позади князя.

— Вы просто сотрясаете воздух! — уверил всех Эмиасс, — Мору не изменит ничто… Вот твой трофей!

— Эми!!! — кинулась я целовать демона, — Ты — чудо!

Огромный серо-зелёный клык упал к моим ногам, и это был выдающийся трофей! Я упрятала его в хранилище, отдельный карман в сумке. Тишина вокруг. Я встретилась глазами с десятком осуждающих взглядов, но и не подумала жалеть. Наоборот — улыбнулась так довольно и широко, что все только глаза закатили.

— А где Ташасскар? — спросила Муни. Тот покосился на меня обиженно, — Эй? Ты ведь сказал, что принял меня?

— Да. Но я так боюсь тебя потерять! Тогда на корабле… На Острове… В Соолулле… Ты всегда впереди, сразу кидаешься в бой. Ты не думаешь о нас… О тех, кто тебя любит, кто не сможет жить без тебя!

— Если так получится — мы уйдём с тобой! — твёрдо пообещи вороны. Я невесело улыбнулась им.

Тварь мы выпили, втроём. Змей исчез, и теперь мы его ждали, ведь нам нужно продолжить путь, а дорогу знает только он. Мунон был здесь, но он признался, что те ориентиры, по которым мог бы нас повести, исчезли. Так бывает в пустыне.