— Мори, ты можешь так больше не делать? Я почти выгорел от страха за тебя! — укорял Эмиасс. Бледный, глаза тревожные. Улыбнулась виновато. Что я могу поделать? Я такая, как есть.

— Мы все едва не поседели от страха… — уверил меня Асунат, — Если бы не Оворн, мы все попрыгали бы в воду! Он отговорил нас.

Привалилась к бортику, вяло отмахнулась от предложенных сухих вещей. Тогда Ланнар бережно высушил мокрый костюм прямо на мне, ласково погладил по волосам под предлогом их сушки. Млела от их волнения, заботы.

— Объяснять было бы долго, Эми. Там тоже был кукловод, гигантский червь с тремя пастями. Смотри, какой у него зуб! — помахала я огромным клыком перед носом Турмалина, — Счёт шёл уже на минуты, Мунон — корабль пробили бы сразу с трёх сторон. Черви свились в жгуты плотно, их предводитель был так увлечён контролем, что мы с Нюей легко расправились с ним. А чего так тихо?

— Едва вы выпрыгнули за борт, появился Суашш, он уничтожил много червей, как здесь на палубе, так и в воде. Оставшиеся теперь растерялись и не пытаются лезть к нам. Может и не нужно было… — робко прошептал Мунон, пытаясь не показать своего волнения за меня.

— Тех, что внизу, он бы не достал, Муни. Они ведь были под защитой корабля. Ты волновался за меня? — коротко кивнул и ушёл. Асунат ревниво поджал губы, Эмиасс просто высказал мысль, что мне не помешает с кем-то уравновесить тьму, подлатать ауру, — Ташасскар, ваш Покровитель ещё здесь?

Даархит выдохнул и повернулся ко мне, кивнул. До этого он стоял поодаль и не выказывал никакого интереса к моей судьбе: выживу я или нет. Все спрашивали о моём самочувствии, младшие ласкались, Эми делился по связи подробностями боя, Оворн внимательно рассматривал браслет — хранилище для Огонька. Общается с ним? Алые глаза потеплели, лучились светом, на губах затеплилась такая нежная улыбка, что я не удержалась и провела второй рукой, не той, которая сейчас в его руках, по его роскошным волосам, по нежной щеке. На миг закрыл глаза, впитав эту ласку, но тут же согнал все признаки эмоций с лица и встал.

— Огонёк тоже забрал часть той некры, что вы выпили из Кукловода, направил её на свои нужды: рост, развитие. Но эта некра крайне неприродна для вас. Рекомендую смешать её с вашей тьмой. Ваши младшие супруги подойдут для этой цели лучше любого из нас, — какой холодный, учёный тон! Да уж, дракон ненавидит меня ещё больше чем Заоран.

Я не спешила следовать совету дракона. Мы с Али и Суаном стали у борта, поговорили. Они рассказали, как им тяжело пришлось с бешеным вороном. Тот сразу же отошёл от них и бился в гордом одиночестве. А мои младшие защищали женщин и детей, раз за разом отбрасывая червей от двери. Те, как заговоренные, лезли туда с настойчивостью и отчаянием. Тьма обжигала их, причиняла нешуточную боль, но замороченные твари продолжали штурмовать вход в кормушку.

— Мои милые! Вы такие молодцы, вы самые смелые котятки! — Суан смущённо зарделся, а Али погрустнел, — Что с тобой, Али?

— Мы уже взрослые! А вы нас называете малышами… — услышав эту почти детскую обиду в его голосе, увидев милые надутые губки, я просто не выдержала и зацеловала его. О, боги!

Мгновенно плеснулась тьма, укрыв нас сплошным чёрным облаком. Какие-то паруса, снасти, нам было всё равно, что под нами. Жадно, нетерпеливо стаскивала я с них одежду, они — мою. Каждая ласка била по нервам, дыхание останавливалось, сердце билось неистово, на пределе. Мой Али горячим, нежным языком проделал дорожку от груди к лону, скользнул в него и свёл меня с ума. Мой Суан накрыл ладонью одну грудь, ласково сжал сосок, его губы уже накрыли второй, второй рукой он гладил мои руки и плечи. Стон, общий на троих, и мы стали одним целым. Неспешно, смакуя наше единение, сладкий миг единства и любви, мы двигались в едином ритме. Я знала, что они сейчас счастливы до безумия, они на небесах… как и я… Сколько мы отсутствовали, я не знаю, но когда я развеяла щит, были видны снежные пики Сонных гор.

Довольно улыбаясь и сладко потягиваясь, я подошла к мужчинам, обсуждающим маршрут. Мы с младшими вытащили по бутерброду и стали с аппетитом жевать, вызывая раздражённые нашим счастьем гримасы у остальных.

— Уже виден залив, вон и стража Тамоны, — кивнул на берег Асунат, — Червей пока не видно, но возможно они ещё здесь.

— Здесь, — подтвердил Эмиасс, просканировав водные просторы, — Рад, что тебе лучше, любимая!

— Надо дать им знак что ли… — сказала я и кивнула с благодарностью Эми.

— Я полечу на берег и скажу им, кто мы. Можно? — и так трогательно это было слышать от большого, сильного воина — саашту, что я прямо опешила.

— Конечно, Латакк. Только вернись назад, ведь нам нужно будет пройти меж скал, — ласково обратилась я к нему. Приосанился, склонил почтительно голову и сменил облик. Большая серая гаргулья взмахнула огромными крыльями и взлетела.

Мы следили за полётом с волнением и опаской: а что если Тамона не признают принца и пристрелят? Нет, не думаю, что это и правда возможно, но ведь кто их знает.

— Долетел… — волновался рыжик, просто впиваясь глазами в далёкий берег, — Разговаривают.

— Да всё будет нормально, не волнуйся! Это же твой народ. Приютят же они вас, куда денутся? — Асунат дёрнул уголком губ, показывая своё недоверие к гостеприимству снежного лорда.

Разговор закончился довольно быстро: Латакк снова стал крылатым и направился к нам. Приземлился и сразу стал прятать глаза. Рыжик даже отступил от этикета и встряхнул его пару раз, вынуждая рассказывать.

— Они сказали, что готовы оказать помощь своим соплеменникам… — замолк. Эмиасс гадливо скривился. Я поражённо на него посмотрела, тогда мой Турмалин по связи показал детали разговора с Тамоной. Отказ дать приют всем тем, кто донну не является.