— Само собой. Может, он уже в Инферно, — хохотнула я. — Лично я в попытках сбежать от серафимов на ходу бы научилась перемещаться сквозь пространство и даже время.

Жаль, только на словах, — притворно расстроенно вздохнула Лилит.

— Ох, Клио, а где настоящий Иррилий? — вдруг вспомнил Райан.

— В Инферно.

Воспоминания о бывшем любовнике вызвали двоякие ощущения. С одной стороны, он пытался меня защитить, с другой, он предал свою родину. Но виноват ли он, что попал в политические жернова? Точно нет. Приближение к власть имущим имеет свои последствия, и Иррилий хлебнул их сполна. Он прожил почти год, испытывая тоску, вину и обречённость, ведь ещё и осознавал, что может больше не суметь получить дитя, продолжить род. Сложно сказать, что бы выбрала я сама, если бы на кону стояли жизни моего ребёнка и возлюбленного. Иррилий принял решение, ему с ним жить. Конечно, его выбор вскользь проехался и по мне, он хоть и попытался смягчить удар, но не предупредил об опасности. А ведь знал, что у Метатрона на меня зуб. Но легко судить со стороны, потому лучше не думать, не анализировать. И мысленно надеяться, чтобы самой не попасть в подобную ситуацию.

— Его шантажировали, он отдал слепок своей энергии и внешности добровольно.

— Он предал Эдем? — удивился Дрейк.

— Да, выбрал жену и ребёнка. Оказалось, они живы, их смерть инсценировали, чтобы увезти в Инферно и использовать, когда подойдёт нужный момент.

Хотя, кто знает, может ему давно сообщили о том, что они живы, а отношения со мной были попыткой отказаться от прошлого? Но он выбрал не ту девушку, либо не смог в итоге позволить умереть своему ребёнку.

Ничего уже не изменить, — напомнила Лилит.

Да, это его решение.

Мужчины замолчали, переваривая новость.

— Как ты к этому отнеслась? — вдруг спросил Тирос, и стало ясным, что ему откуда-то известно о моих отношениях с Иррилием.

— Я в порядке. Мы расстались раньше.

— Ох, — Орестес чуть меня не уронил. — Ты с ним? Была? А я думал, с Уриэлем.

— Нет, мы с Уриэлем… хм… не столь близки. Я бы сказала, вообще не близки.

Сложно было описать наши отношения с Иррилием, а дать однозначную оценку тому, что клубилось между мной и этим неоднозначным серафимом вообще невозможно.

— И ты была женой Кассиэля, — мотнул головой Легер. — Невероятная женщина.

— Поэтому все хотят меня придушить, — пожаловалась я.

Мы, наконец, добрались до моих покоев. На полу ещё валялось всё то, что Метатрон использовал для пеленания пленницы в моём лице. Орестес усадил меня на софу, и Тирос принялся за осмотр. Больше своих легионеров я не смущалась, потому спокойно сняла маску и выпила все препараты, которые выдал мне настар. И параллельно отвечала на вопросы.

А потом в комнате появился неожиданный гость. Гезария вошёл без стука, мимолётно оглядел помещение и сразу направился к нашей компании. К ритуалу он облачился в белоснежный доспех, волосы собрал в тугую косу и выглядел устрашающе. Легионеры подорвались со своих мест, поприветствовали серафима.

— Есть разговор, — сообщил он прямо.

— Вряд ли это что-то секретное, — я указала на нить с иголкой в руках настара, которыми он зашивал мою рану.

— Если ты не против лишних свидетелей, — пожал он плечами, нисколько не смутившись. — Я пересмотрел своё решение. Ты оказала нам огромную услугу. Я открою тебе портал, и приму на себя возможное недовольство Уриэля.

— О, Гезария… Рада, что ты не такой… кхм… — осеклась я, напоровшись на вспышку недовольства в его глаза. Но ему удалось меня удивить. — То есть, огромное спасибо. Уриэль в курсе, кто я, он мой должник и обещал открыть портал. Надеюсь, не обманет.

— Хм, тогда я рад, что всё решилось, — кивнул он удовлетворённо. — Уверен, Уриэль не обманет. Но я всё же переговорю с ним.

— Спасибо. Правда. И, наверное, прощай. Вряд ли мы ещё хоть раз поговорим. Привет дочке.

— Да, прощай, Натали, — кивнул он, чуть улыбнувшись, кажется, при воспоминании о своём маленьком счастье.

— Что за странный разговор? — почему-то шёпотом уточнил Флавиус, когда серафим ушёл.

— Мы с Гезарией знакомы, встречались на Земле, и расстались не очень, так скажем. Но приятно, что он решил всё же помочь. Совесть у серафима редкое качество.

— Снова ты болтаешь о нас гадости? — раздался задорный голос Уриэля.

Он влетел в комнату шебутным тайфуном, излучая волны веселья и позитива.

— То есть хочешь сказать, у тебя совесть есть? — иронично вздёрнула я бровь.

— Будто у тебя она есть. Кстати, как ты всё же предпочитаешь, Натали или Лилит? — весело поиграл он бровями. — Столько серафимов обманывать, как же не стыдно?

В комнате наступило напряжённое молчание. Сердце забилось о грудную клетку сильнее от волнения.

— Предпочитаю Натали, — сипло ответила я.

— Печатники штука редкая, мало ли, — дёрнул он плечами, нагло проталкиваясь между мной и Орестесом, чтобы присесть за моей спиной. — О, они ещё не в курсе?

— Не успела рассказать, — вздохнула я. — Парни, надеюсь вы поймёте. Кассиэль привёз меня с Земли и сделал своей женой. Я не ишим, а человек. Печатница высшего демона Лилит.

— Это… как? — первым отмер Тирос.

И я пустилась в нудные объяснения, подкрепляемые колкими комментариями Уриэля и самой Лилит. Потом был краткий рассказ о моих сложных отношениях с бывшим мужем, проблемах с Азазэлем, мы даже коснулись темы напряжёнки между мной и Гезарией. А потом перешли и к рассказу о том, что произошло всего час назад.