— Ага! — победно объявила я, срывая с мужчины медальон.

Фальшивая личина начала развеиваться. Сквозь иллюзорный образ Иррилия проступила бронзовая кожа, бордовые волосы и полные ярости ярко-красные глаза. Мне предстал разъярённый правитель Инферно. Пребывая в прострации, я провела тыльной стороной ладони по губам, вспомнив, что секунду назад мы страстно лобзались. И это окончательно взбесило Метатрона.

Беги, — прошептала обречённо Лилит.

Глава 32

Метатрон резко толкнул меня в грудь, чтобы я не пырнула его появившимся в моей руке мечом. Только никакого боя или моего побега не вышло. Мне удалось быстро поймать равновесие, принять боевую стойку. Следом Метатрон что-то в меня швырнул. Расстояние было маленьким, он же оказался метким, так что моя попытка увернуться провалилась. Миниатюрный кинжал вонзился в плечо, и я мысленно пожалела, что не успела надеть весь комплект доспеха. Боль пронзила сознание, я вырвала оружие и отбросила его на пол, готовая защищаться. Но мелькнувшая на губах Метатрона улыбка подсказала, что бой на этом завершился. Руку вдруг пронзило судорогой. Хватка на мече ослабла, и он упал на пол. Следом я осела на колени, дыша через раз, потому что после судороги началось онемение, быстро переходя на горло.

Нет-нет-нет, — Лилит заметалась в испуге, когда Метатрон двинулся ко мне.

Артефакт на руке накалился, пытаясь противодействовать яду. И, кажется, я знала, что это за отрава. Редкостная дрянь. Вызывает судороги и жуткие боли, а противоядие действенно только в первые сутки. Не успеешь принять — впереди мучительная и не такая быстрая смерть. Именно поэтому от этого яда я вырабатывала иммунитет в первую очередь. Вряд ли он меня возьмёт. Но проблема состояла в другом. Отрава вызвала слабость, я не могла сбежать от Метатрона. А моих актёрских талантов может не хватить, чтобы изобразить действие яда, потому что мне никогда не приходилось наблюдать за мучениями отравленного им ишима.

— И что же с тобой сделать? — в притворной задумчивости Метатрон провёл ладонью по покрытому щетиной подбородку.

Он с силой ударил ногой по ране, и я со вскриком повалилась на спину.

— Можем поболтать о жизни, я знаю много баек, — хрипло усмехнулась, переворачиваясь на бок.

Дыхание сбивалось, боль растекалась от раны, даже зрение подводило.

— Интересное предложение, — хмыкнул он, присев возле меня на колено.

— Что с Иррилием? — судорога вновь прошила тело, и я еле услышала ответ Метатрона.

— Он на пути в Инферно, чтобы воссоединиться с женой и ребёнком.

— Они живы? — выдохнула я, когда судорога отступила.

— Их вывели из дома перед взрывом.

— Чтобы его шантажировать, — догадалась я, посмотрев на Метатрона таким взглядом, чтобы он сразу понял какой же он неприятный тип.

— Он позволил занять его место, влил свои воспоминания и энергию в артефакты. Я сдержу слово, он воссоединится с семьёй и все они останутся живы. Но, знаешь, в артефакте практически не было воспоминаний о тебе, Иррилий пытался их скрыть от меня, но кое-что всё же промелькнуло. Что навело на мысли о ваших отношениях.

— Какая прелесть, — рыкнула я.

Метатрон не видел порно от первого лица с моим участием, хоть небольшая радость. Теперь всё становилось на свои места. Поэтому Иррилий так внезапно и без объяснений расстался со мной. Возможно во время прорыва или после него с ним связались, сообщили о том, что его родные живы, и выдвинули условия воссоединения с семьёй. Молчание, отпечаток энергии и воспоминания. Значит, вот, какие артефакты изготовили из тех опасных ингредиентов. Метатрон успешно занял место кано центуриона. И не просто кано, а легионера, допущенного до ритуала. Мелькнувшая недавно догадка обрела очертания. Метатрон целенаправленно ослаблял Щит, вынудив серафимов собраться для подпитки главного артефакта раньше времени. И теперь собирался лично присутствовать на ритуале под личиной Иррилия. Он вольёт свою энергию, и сможет воздействовать на Щит. Умно, ничего не скажешь.

— Ритуал, — я зажмурилась, смаргивая слёзы с глаз. Иммунитет и артефакт действовали, боль уменьшалась, судороги слабели. Скоро Метатрон обо всём догадается. — Всё ради ритуала.

— Верно, — хмыкнул Метатрон, мазнув большим пальцем по моим губам, чтобы раскрыть их.

Я дёрнулась, пытаясь отвернуться, но не вышло, он легко вставил мне в рот горлышко от бутылки, чтобы влить какую-то жидкость. Выплюнуть тоже не вышло, гад зажал мне рот и нос, вынуждая проглотить неизвестный напиток. Только в животе вдруг разлилось тепло, боль начала отступать. Он дал мне противоядие?!

Судя по всему, — хмыкнула Лилит.

— Заберу тебя в Инферно. Такая смерть слишком лёгкая, — заключил он, переворачивая меня на спину.

А потом я ругалась сквозь стиснутые зубы и вяло сопротивлялась, пока он избавлял меня от артефактов. В моих вещах имелись верёвки, которыми Метатрон с радостью воспользовался. Связал мне руки, ноги и даже приготовил кляп.

— Палец откушу, — рыкнула я, когда он попытался его приладить, и даже сердито клацнула зубами.

— Какая грозная, — рассмеялся он, но вопреки лёгкости слов, грубо сжал ладонью мой подбородок.

И к моей неожиданности склонился, чтобы коснуться моих губ своими и провести по ним языком. Я возмущённо замычала, стреляя в серафима разъярённым взглядом. Облизывать меня вот вообще не стоит, опасно для разных частей тела.

— И какие сладкие у тебя губы, — пробормотал тихо, чуть прищурив глаза словно в сомнениях.

И этот туда же, — рассмеялась Лилит. — Тебе точно пора на Землю, а то скоро соберёшь гарем из серафимов.

Или скорее устрою их столкновение из-за меня, — отозвалась сварливо, пытаясь мотнуть головой.